Задавая этот вопрос мужчина подумал, что так спрашивают директора школы родители, чей сын вечно шкодит и срывает уроки и эта мысль заставила его немного улыбнуться.
«А сейчас придет поросенок и я отшлепаю его и лишу денег на карманные расходы»
Подавив желание улыбнуться еще шире, таксист услышал от Вероники следующее:
– Хлопот? Нет, он… просто стал чуть активнее, чем обычно. Видите ли, его жена думает, что он приезжает сюда для деловых встреч и…
– Алкогольное опьянение и помада на воротнике никак не входит в эту картину? – подхватил Михаил.
– Точно! – воскликнула Вероника, словно они играли в увлекательную викторину, и Михаил сумел ответить на один из самых сложных вопросов, который принес их команде тысячу очков – Я понимаю, к вам вопросов у его супруги вряд ли возникнет. Вряд ли она вообще выйдет его встречать из дома. Но если все же она заговорит с вами, не могли бы вы сказать ей, что забирали его не отсюда?
Михаил приподнял одну бровь и вопросительно посмотрел на Веронику. Теперь простая доставка пассажира казалась для вдовца не такой простой.
– А что мне нужно по-вашему сказать?
«А чего ты еще ждал? – спросил сам себя Михаил – это ведь нам только на руку. Благодарность. Все что нам нужно, это его благодарность.»
– Впрочем… – заговорил вдовец, останавливая девушку на полу слове – Конечно, просто давайте уже сделаем это.
В этот момент из главного входа показались уже знакомые охранники, а по середине придерживаемый ими за локти, находился сам виновник торжества – Виктор Ангин, собственной персоной. Вершитель судеб. Человек с большой буквы. Спаситель.
Переплетая ногами по грунтовой дорожке, этот массивный мужчина нежно посапывал, бормоча что-то с опущенной вниз головой. Виктор был не просто пьян – он был почти в отключке.
– Надеюсь он не… испачкает вам салон – невинно пробормотала Вероника, опуская взгляд на землю.
– Ничего страшного – ответил Михаил и глубоко вздохнул – для такого случая у меня припасены бумажные пакеты. Хотя здесь и бумажного чана было бы мало.
Слегка улыбнувшись, Вероника кажется начала немного успокаиваться, понимая, что теперь эта ноша, в виде Виктора Ангина, благополучно и окончательно перешла к простому водителю такси – Михаилу Громову. Когда охранники подошли к машине вплотную, вдовец открыл заднюю дверь и позволил им без особых усилий впихнуть туда Виктора. Однако господин Ангин резко запрокинул голову к небу, словно только что вынырнул из глубоких вод и тут же принялся осматриваться по сторонам.
Заметив Михаила, Виктор расплылся в пьяной улыбке.
– Вы приехали! Миша, я… мы вас уже заждались!
Несмотря на опьяненное состояние Виктора, тот говорил довольно тихо и сдержанно. Сейчас он напоминал самого настоящего представителя бывалой интеллигенции, для которой даже напиться в хлам не являлось оправданием, чтобы вести себя вызывающе.
– Здравствуйте, Виктор. Я был бы очень рад, если мы продолжим наш разговор в моем автомобиле. Вы согласны?
– Как никогда согласен – весело отчеканил Ангин, переключив взгляд на Веронику. – Простите, что вам пришлось быть свидетельницей моего ужасного поведения. Об этом мы еще поговорим, но я был бы очень рад, если все это осталось в рамках строгой конфиденциальности.
Последние слова Виктор проговорил четко и с крайне серьезным выражением лица, что заставило вдовца все больше поражаться поведению этого человека.
– Он точно пьян? – полушепотом спросил Михаил Веронику, когда охранники благополучно усаживали Виктора в машину – по его речи и не скажешь. Для него все это словно игра.
В ответ девушка подошла ко вдовцу чуть ближе и очень тихо произнесла:
– У богатых свои причуды.
Вместе с этим Вероника передала таксисту пачку купюр, явно превышающую стоимость поездки. Десяти поездок. Пятидесяти поездок. Однако, вдовец даже не попытался вернуть большую часть денег. Все равно бы Вероника отказалась их принимать, да и играть в эти игры Михаил чертовски не хотел.
Улыбнувшись друг другу, девушка начала отходить от автомобиля, давая знак охране, чтобы они скорее отправлялись внутрь отеля. И в этот самый момент что-то заставило вдовца посмотреть на одно из окон апартаментов «Артемиды». Сделал это Михаил совершенно неосознанно, однако при этом его глаза так быстро нашли интересующий его бессознательную сущность объект, что казалось в этот момент глаза жили собственной жизнью.