Небольшая пауза на другом конце провода.
– Эм, обязательно прислушаюсь к вашему совету – неуверенно ответил Виктор. Отвечал он так, словно до сих пор не был уверен, а точно ли сам Михаил общается с ним по ту сторону телефона.
Вновь наступила пауза. Она была чуть дольше предыдущей, однако достаточной, чтобы уловить суть завязавшейся игры. Михаил был не намерен что-либо говорить Виктору. Он выжидал. Начать разговор первым означало быть вежливым и заинтересованным. У вдовца же были другие намерения.
«Давай, поросенок – с издевкой подумал вдовец – скажи мне, ради чего ты позвонил мне в столь ранний час? Прояви уважение и объяснись. Тебе ведь что-то нужно, так? Так почему бы тебе не сказать об этом прямо? Или это ниже твоего достоинства, толстосум?»
И будто по чьей-то команде, Виктор тут же принялся за объяснения.
– Михаил, я позвонил, чтобы извиниться перед вами за тот случай в отеле. Мне… не следовало вести себя так вальяжно. Это было не просто бестактно. Я взрослый мужчина и подобные выходки были в принципе глупым ребячеством. Но что более важно, по-настоящему – я доставил хлопоты другим. И мне кажется в большей степени от этого пострадали именно вы.
– Я вытерпел слишком многое в своей жизни, что бы ваше желания стать моим пассажиром на одну ночь свело меня с катушек – успокоил собеседника таксист. Теперь его тон буквально был переполнен добродушием.
Параллельно разговору, мужчина жестом руки, пытался подозвать к себе одного из ближних псов. Выбор пал на небольшую дворнягу, помесь болонки и чего-то крайне живучего и дурнопахнущего. Остальные члены дворовой стаи замерли на месте, не сводя глаз со своего несчастного собрата. Жертву Михаила, так же не обошел стороной этот приступ паралича. Глаза вдовца вспыхнули дьявольским огоньком. Лапы дворняги тут же подались вперед.
Найдя в себе силы повернуться, дворняга принялась искать во взгляде своих собратьев поддержку и помощь. Первого оказалось в избытке. Второго не было и в помине. Уши и хвост псины были прижаты так сильно, что казалось кто-то просто нарочно приклеил их к телу. Дворняга шагала вперед. Каждый этот шаг отдавался первородным страхом.
Опустив голову и покорно подойдя к Михаилу вплотную, дворняга осознала, что скулит. Жалостливо и тихо.
Поглаживая одной рукой пса за ухом, мужчина продолжил телефонный разговор.
– Знаете, Виктор… А ведь мы довольно неплохо пооткровенничали! Почти что по-девичьи, но только на куда более серьезные темы. А такие разговоры дорогого стоят, вы так не считайте?! – тут Михаил сделал небольшую паузу и с небольшим нажимом в голосе спросил – мы ведь с вами друзья?
– Хех – отозвалось на другом конце провода – После такого мы почти что братья!
Голос Виктора пытался казаться веселым и спокойным. Не вышло.
– Кстати, как на всю эту историю отреагировала ваша жена? – как бы невзначай спросил вдовец. Его улыбка стала только шире.
Пальцы руки сжали ухо дворняги. Совсем немного, однако если бы собаки умели кричать от ужаса и страха, то сейчас бы лес буквально оглох от крика.
Эта намеренная колкость заставила Михаила как никогда возгордиться собой. Неожиданно он осознал, как много удовольствия начинает приносить ему этот разговор. Словно поменявшись местами, теперь именно он чувствовал себя человеком «вышестоящим» во всех сферах жизни. Теперь он богач, любимец женщин и просто славный парень, которого любят все. Все и каждый.
– Ну, на этот счет у меня всегда все схвачено – ответил Виктор и былой позитив тут же улетучился. На смену ему пришло спокойствие: холоднокровное и расчетливое. – Об этом я тоже хотел бы с вами поговорить. Как мужчина с мужчиной – чуть позже добавил бизнесмен.
– Обожаю, когда разговоры становятся серьезными – согласился Михаил. – Так что в итоге? Нас ожидает ужин при свечах?
– Скорее при просмотре футбольного матча и кружечки прохладного пива. На дворе почти декабрь. Зима близко. Но ведь какой настоящий мужчина откажется от пива в пятничный вечер?
«Под дулом пистолета – пронеслось в голове Михаила, и эта мысль вызвала в его голове вспышку гнева – ты даже не представляешь, что значит быть под дулом пистолета, гавнюк»
Окружающие вдовца псы еще сильнее прижали хвосты, вдавливая их в свой пах.