С этими словами мясник залился в диком хохоте. Его лицо мгновенно приобрело пурпурно-красный оттенок. От смеха у мужчины даже закололо в животе и ему пришлось согнуться, чтобы унять эту колкую боль.
Наконец, просмеявшись и утерев с глаз выступившие слезы, мясник вдруг замолчал и его лицо вновь стало серьезным. Он словно ушел в транс, поймал какую-то волну из далекого космоса, овладевшую его сознанием.
В этот момент терпение Михаила лопнуло. Ноги повели его вперед и даже опухшая лодыжка теперь казалась чем-то несущественным. Сжатые кулаки, бледные и дрожащие, налились свинцом. Вдовец хотел задушить ублюдка и утопить в крови невинных животных, что долгие годы наполняла этот чертов поддон. Сейчас в нем говорила лишь ярость и ненависть, чувства, способные поглотить так же сильно, как безумие и ужас.
И оказавшись совсем близко, Михаил был готов вцепиться в окровавленный галстук мясника и выпустить весь свой гнев, но тот опередил вдовца всего лишь на несколько секунд.
Не дойдя до своей цели пары шагов, мясник вдруг истошно закричал:
– Кушать подано, дорогая!!!
А после одним резким движением вонзил нож в шею поросенка, легко и без сопротивления, словно шея животного была из сливочного масла.
Михаил стоял и наблюдал за всем происходящем, словно со стороны. Он видел, как фонтаны крови брызнули из горла животного, заставляя того биться в предсмертных конвульсиях. Булькающие звуки вызвали у вдовца приступ рвоты, но он точно знал, что его не вырвет. Потому как через мгновенье внимание переключилось на поддон. Михаил мог поклясться, что кровь била фонтаном во все стороны на огромные расстояния, но ни одна капля не упала мимо поддона. Он впитывал это месиво из крови ржавчиной, словно губкой, с характерным хлюпающим звуков. Постепенно уровень крови в поддоне начал падать.
Молочная даль.
Живая.
Она живая и она питается кровью.
Глава 13:Справедливость и озарение
Понедельник. 28 ноября 2016 года. Вечер
Сознание Михаила помутилось. Образы вокруг вдруг перестали быть такими же четкими, как и раньше, пока окончательно не исчезли под дымкой сгущающейся тьмы. Звуки стали приглушенными и едва уловимыми для слуха. Внутри сознания возникла пустота, по которой мысли плавали хаотично и любые попытки направить их единым потоком оборачивались полным крахом. Связь тела и сознания начали обрываться. Вдовец ощущал, что он был здесь, где-то поблизости, но в то же время очень далеко, за гранью времени и пространства. Он наблюдал за собой будто со стороны, как и в тот раз, когда он смотрел на Оболочку, пожираемую безумным демоном-тельцом.
Со временем связь с телом начала восстанавливаться. Первое, что почувствовал Михаил, было жаром, исходящим от его собственных пальцев рук. Они нащупывали что-то скользкое и влажное, и словно уловив в этом нечто враждебное, стали с силой сжиматься. Михаил вдавливал и сжимал свои пальцы все сильнее, но делал это несознательно, покорно давая своему телу закончить начатое. Тут же он ощутил, как его лицо омыла влага. Мелкими теплыми каплями, жидкость стекала по щекам и лбу, приводя вдовца в сознание и полностью восстанавливая связь между разумом и телом.
И в этот момент, Михаил увидел себя со стороны в последний раз, отчетливо и ясно: он что-то кричал, но голос был украден неведомой силой и разобрать хоть что-то совсем не представлялось возможным. Капли, стекающие по лицу оказались кровью, брызжущей из поддона во все стороны. Вместе с кровью на пол падали ошметки мяса и частицы плоти, копившиеся на самом дне долги годы под влиянием безумных жертвоприношений мясника. Руки вдовца успели погрузиться в поддон по локоть и что-то активно там искали.