В конечном итоге Любовь Ивановна нашла утешение общаясь с фотографией покойного мужа. В какой-то момент она начала осознавать, что Игнат Петрович отвечает ей, где-то внутри ее сознания. Конечно, всего это Виктор не знал, но даже если и догадывался, что он мог сделать? Если бы Виктор вдруг увидел, как его бабушка общается с давно почившим мужем через старое фото, он бы не на шутку встревожился, но в конечном счете волнение переросло бы в понимание. Все же каждый переживает горе по-своему и такой, пусть даже не для всех понятный метод, далеко не повод звонить людям в белых халатах.
После разговоров с Игнатом Петровичем Любовь Ивановна действительно веселела и, казалось, находила силы жить дальше. Все это, конечно, было ловушкой, затишьем перед бурей, но Виктор убедил себя, что поводов для беспокойства нет и наконец вдохнул спокойно. А потом, придя навестить бабушку в очередной раз, он увидел ее на лестничной площадке вместе с соседкой, из шеи которой торчал нож для колки льда. По самую рукоять.
Но к удивлению всех, Ангелина Сергеевна, соседка и до определенного момента подруга Любовь Ивановны, выжила. И в этот момент, Виктор впервые перешел черту своей порядочности и чести. Впервые и единожды, но он все равно знал, что этот поступок будет преследовать его до конца жизни. Для начала Виктор пошел на сумасшедшее предложение Ангелине Сергеевне: крупная сумма денег за молчание. Виктор не знал, что послужило его поведению – страх, отчаяние или тот позор, что отразится на его бизнесе, который в то время был для него превыше всего. Разговор с Ангелиной Сергеевной случился уже в больнице, после извлечении ножа из шеи и последующей операции. К счастью для бизнесмена, до этого момента Ангелина Сергеевна пребывала в глубоком шоке, а нож торчащий из горла не давал ей и шанса объяснить полиции по какой причине все произошло. Это и позволило Виктору взять инициативу на себя и навестив потерпевшую в больничной палате, он пообещал женщине пятьдесят тысяч долларов за молчание. Эти деньги Виктор накопил за два года ведения своего бизнеса. По сути после этого он оставался без единого гроша. Ангелина Сергеевна, которая всегда была мила с Виктором и не раз угощала его своими домашними кексами, к огромному облегчению бизнесмена согласилось. Однако было одно единственное условие: Любовь Ивановна должна быть изолирована от общества.
Именно при таких обстоятельствах Виктор и познакомился с доктором Марком Борисовичем Князевым. Имея связи в определенных кругах, Князев не раз пользовался своим положением, упекая в психушку неугодных влиятельным толстосумам людей, которые были больше назойливыми и любопытными, чем действительно больными. А не послушание и агрессию главный врач «Аргона» решал без труда. Уже через несколько недель интенсивной и «особой» терапии, доктор Князев делал даже из самых стойких «заключенных» послушных рабов, чей мозг все больше становился похожим на жижу.
За два года в своем бизнесе, Виктор слышал об Князеве многое, от клиентов и партнеров, и до определенного времени считал, что уж ему то точно услуги подобного мерзавца не пригодятся. И все же… жизнь штука изменчивая и кто сегодня был королем, завтра может стать грязью на ногах раба. Кто был здравомыслящим, может в миг стать умалишенным. А кто был преисполнен чести и достоинства может опуститься до того, чтобы упечь родного человека в «дурку», человека, заменявшего родную мать.
За определенную и стабильную плату, доктор Князев пообещал Виктору до конца своих дней предоставлять Любовь Ивановне надлежащий уход, и лишь на этих условиях бизнесмен согласился на эту сделку. Виктор объяснил доктору, что бабушку не должны пичкать таблетками и ни при каких обстоятельствах не относиться с ней так, как относятся к «простым» пациентам. На это Князев ответил своей «крысиной» улыбкой и сказал, что это лишь вопрос цены. На том они и порешили.
Виктор много думал о том, почему он поступил именно так. Когда-то Любовь Ивановна, будучи в здравом уме и памяти, сказала, что хотела бы провести остаток дней в доме для престарелых, если ее здоровье не позволит ей ухаживать за собой самостоятельно. Тогда эта мысль ужаснула Виктора и он поклялся, что обеспечит ей достойную старость и надлежащий уход. Теперь же эти мысли казались смешными, но вспоминая об этом Виктор не смеялся, а просыпаясь по ночам от кошмаров, он зачастую плакал, представляя себе лицо своего деда, который, если был жив, размазал бы своего внука по стене за такое предательство. Так же стыда Виктору добавлял тот факт, что отчасти его решение относительно «Аргона» и платы Ангелине Сергеевне за молчание, действительно исходило из соображений прилежной репутации бизнесмена. Тогда Виктор больше всего хотел добиться высот, стать богатым и известным и в какой-то момент это стало выше, чем его собственные понятия о справедливости. Понятия о человечности. И вот так, Виктор Ангин замял это «грязное дельце», но едва ли избавился от грязи в собственной душе.