— Ты поступаешь именно так, как хотела эта тварь Тамара, подруга твоя лучшая. Она даже мне должность предложила, когда курили на лоджии. Ленка, ты в своем уме? Я люблю тебя, только тебя, понимаешь?
— Да плевать мне на тебя! — крикнула она.
Сергиенко встал с дивана, пошел к двери. Остановился, повернулся к жене, сказал напоследок:
— Ладно, я прямо сейчас уезжаю в нашу квартиру. Подлецы могут быть довольны — все получилось, как они задумали. А я считал тебя умной женщиной, способной принять верное решение, а не идти на поводу…
— Пошел ты!.. — истерично крикнула Елена.
Сергиенко машинально кивнул и вышел из гостиной.
Он уже знал, что сегодня будет ночевать в трехкомнатной квартире, а там видно будет. И то, что жены и семьи у него больше нет, тоже знал.
В холодильнике все еще мариновалась осетрина, приготовленная для шашлыков, стояли две бутылки белого вина, но это уже не его забота, что будет со всеми этими деликатесами. На работу он просто не будет выходить, пусть увольняет за прогулы. После того как вернется из одиночного путешествия в Сочи. Что это будет за отдых — дураку понятно. Казаки такие вещи не прощают. Никогда!
Он ехал в своей машине к центру города, а Елена в это время сидела в ванной и рыдала в голос. Просто вопила от боли душевной, но кто ж ее мог услышать в этом престижном районе? Никто.
Глава 10
Иван Тимофеевич Пустовой вошел в «предбанник» хозяйки, властно кивнул секретарше. Мог бы и сам стать хозяином тут, но в ответственный момент дал слабину. Все кругом рушилось, разваливалось, голова кругом шла. Прежние ценности, связи теряли свою значимость прямо на глазах. А молодые, наглые, знали, куда идти и что делать. Потому и поверил девчонке, отдал свой завод в обмен на должность главного инженера и солидный оклад. Все получилось так, как и планировал, — должность, машина с персональным водителем, деньги… А все же грыз душу червь сомнения. Мог бы сам стать хозяином. Все карты были у него на руках! Но поставил на даму и в общем-то не прогадал. А сам… Да не мог бы он развернуться с такой стремительностью, как это сделала Лена. Договориться с иностранной фирмой, которая поставит свое оборудование и технологию, с администрацией, с бандитами, тут нужен азарт, энергия, он на это уже неспособен был, жена больная, возраст… Да, все правильно сделал, Лена оказалась сверхудачливой предпринимательницей, но все же думалось — а мог бы и сам… Хотя и знал, что не мог.
— Начальство у себя? — спросил он секретаршу.
— Иван Тимофеевич, с сегодняшнего дня Елена Дмитриевна в отпуске. Поехала отдыхать в Сочи. Кстати, одна, без Андрея Васильевича.
— А его тоже нет, — растерянно сказал Пустовой. — Я заходил, нету. Может, вместе уехали?
— Я делала путевку для одной Елены Дмитриевны. Она сама так приказала. Странно, правда?
— Действительно, так сказать… Они же всегда отдыхали вместе.
— А теперь она уехала в Сочи одна. За главного — Александр Петрович Сермягин. А где находится Андрей Васильевич, мне неизвестно. Должен быть в своем кабинете. Вам не кажется это странным?
— Когда у нее поезд?
— Сегодня в пятнадцать тридцать. Но я думаю, она отключила мобильник. Уехала, и все. А что вы хотели?
— Поговорить с ней. Но теперь… ладно, уехала в отпуск, так уехала. Одна? А куда подевался Андрей?
— Понятия не имею. Может, Александр Петрович знает?
Менеджера этого дохлого Пустовой и на дух не переносил, поэтому ограничился взмахом руки: мол, спасибо, я сам разберусь. И ушел.
А Валентина снова призадумалась: что же означает этот скоропалительный отъезд хозяйки, да еще без мужа? Семь лет работает тут, уж сколько путевок заказывала Елене на время отпуска — и в Турцию, и в Таиланд, и на острова всякие — всегда за две недели был приказ, и на двух человек путевки оформлялись — хозяйка и ее муж. А теперь за день, и на одну ее! Что же все это значит?
Пустовой вернулся в свой кабинет, по дороге дернул ручку двери главного энергетика — заперто. Сел в кресло, углубился в свои невеселые мысли. Ведь приходил к Елене с деловым предложением, в последнее время только и думал о нем, но никак не мог собраться с силами… события последних дней подтолкнули его, наконец-то решился.
Предложение-то было простым — совместить должности главного инженера и главного энергетика, теперь это, по сути, одно и то же, и назначить на новую должность Андрея. Парень толковый, хоть и муж Елены, уважают его вовсе не за то, что муж, а за деловые и компанейские качества, ну так пусть он и будет. Ему самому, Пустовому, так проще, и Андрею, и Елене. Но совсем уходить не собирался, пусть дадут ему какую-то номинальную должность, вроде советника или что-то в этом роде, да хотя бы пятьсот долларов оклад, чтоб на лекарства супруге хватало, и он уйдет, не станет путаться под ногами у молодых да рьяных. По правде сказать — заслужил эти пятьсот долларов, ведь должен был стать пенсионером союзного значения. Да где он теперь, этот Союз нерушимый? Разрушили… И сам он много сделал для Елены, ежели по-доброму решить, так все справедливо получится.