— Ты не задерживайся, как тогда, — опять завела она шарманку.
Я быстро выскочила из машины.
— Не переживай, — бросила я и захлопнула дверь.
Дарьяна уже стояла с Мирой возле детской площадки. Я быстро пошла к ним, но у меня закружилась голова. Опустилась на первую же лавку и зажмурилась, подавляя приступ тошноты.
— Есения? Ты как? Тебе плохо? — раздался взволнованный голос Дарьяны.
Я дышала. Делала глубокие вдохи и плавно выдыхала. Было страшно открыть глаза и упасть в обморок.
— Ты ела сегодня что-нибудь? — спросила Дарьяна и коснулась моего плеча.
— Да. Завтракала, — вдохнула и приоткрыла глаза, вокруг слегка все вращалось, но я постаралась сфокусировать взгляд на столбе напротив.
— У меня было такое, когда голодная, нельзя себя ограничивать в еде, если ты переживаешь за свою фигуру, то после родов займешься. Или ты аборт будешь делать? У тебя какой срок?
В голове полная каша. Что мне делать? Аборт… Да я даже не понимала, как эта процедура проходит … Или… рожать, но родители… Мне стало страшно, потому что пока я гонялась за Глебом, совершенно забыла о своем положение и как оно могло отразиться а моей дальнейшей жизни Точнее, если бы Глеб одумался, то все можно было бы решить очень просто. Мы бы расписались, поступили бы в универ… Может, и родители бы помогали… Не звери же они.
— Я не знаю, — ответила и посмотрела на нее.
Мира стояла возле нас и заглядывала своими огромными глазами в мои.
— А в больнице ты была? — спросила Дарьяна.
— Вот об этом я и хотела с тобой поговорить. Я не могу идти к доктору под своей фамилией. Нельзя, чтобы кто-то знал. Может, ты бы смогла записаться на прием или поговорить с врачом? Ты же только недавно все это проходила.
— То есть вообще никто не в курсе, что ты беременная…— вроде и вопросительно звучал голос, но по ее взгляду было понятно, что она догадалась.
Я только кивнула, большего и не нужно было.
— Что у тебя произошло, что приходится ото всех скрывать? Демьян говорил, что у тебя родители хорошие, обеспеченные, в обиду не дадут.
— Это для всех они хорошие и примерные, репутация складывается годами. И представь, у таких хороших родителей восемнадцатилетняя дочь в подоле принесла. Без мужа, парня и …
— А отец не Максим? — вновь задала прямолинейный вопрос.
Но скрывать от Дарьяны я не видела смысла. От нее исходила очень добрая энергетика, хотелось доверять и делиться.
— Нет. Его брат, он мой ровесник и сказал, что... — зажмурилась, потому что к горлу подступила горечь обиды. Мне было неприятно говорить это. — Он меня бросил, а когда услышал про беременность, то деньги всучил и послал на аборт. Но ты пойми, он не такой. Мы встречались с ним год… Понимаешь, все было отлично, просто что-то произошло, и он …
Я не знала, что еще сказать, такая каша в голове.
— А как твои родители к нему относились? — задала вновь вопрос Дарьяна.
— Они не знала про наши отношения. Мы их скрывали. — У нее расширились глаза, и я поспешила оправдаться. — Мне было так удобно. Мои бы родители сразу запретили бы с ним встречаться. Папа слишком критично относится к моим отношениям, у него на уме только моя учеба и поступление в универ на бюджет.
— А ты не думала, что это ему было удобно с тобой? Знакомиться с родителями не нужно, ответственности никакой. Так еще и ты всегда готова приехать…
— Ну не всегда я готова. Мы виделись не каждый день, но когда были вместе, это было волшебно. Он любил меня. Я думала, что это Максим отговаривал от отношений, но это не так…Точнее, я уже ни в чем не уверена, — вновь стала сомневаться.
— Сложно все. Но в первую очередь нужно к врачу. Такое состояние не нормально. Пойдем, чаю сладкого закажем, может, и по пирожку возьмем, тут такие вкусные есть. Можешь не переживать, мы с Мирой тут порой в кафе перекусываем, когда гуляем, — успокаивала меня Дарьяна. — А завтра пойдем в больницу. Я Миру в садик отведу, а тебя в больницу. У меня есть хороший знакомый врач, она вела мою беременность. Так что не переживай. Я позвоню и скажу, в какое время. Ты завтра свободна?
— Завтра снова едем с мамой платья выбирать. Оказывается, семья моего Глеба — это старые знакомые моих родителей. И я так понимаю, что между мамой и Леной холодная война.
— Почему ты так решила?
— Я спросила у нее, почему раньше о них не знала. А она так на папу посмотрела… И когда он Лену защищал, упрекнула. Может, папа был влюблён в нее, но это уже из разряда фантастики. Хотя что у них в молодости было, остается только догадываться.