— Твои родители знают, что ты встречалась с Глебом и о твоем положении?
Как он узнал, что я беременная? Я же не говорила ему, и в разговоре с Глебом тоже… У меня даже смелость пропала, внутри только неконтролируемый страх. Он теперь точно все папе расскажет, и они меня не простят.
— То есть? — подняла на него взгляд, переставая рассматривать столешницу, и задержала дыхание.
— Что тебе непонятно в моем вопросе? — он облокотился на стол, его лицо приблизилось.
Вот и что ему сказать? Макс вроде спокойный и серьёзный, но в глазах будто бесята пляшут. От его взгляда вся уверенность просто стирается.
— Все, — убрала руки под стол и сжала в кулаки, собираясь стоять до конца. Если он узнал обо всем, то пускай сам и говорит. Но не с моей помощью… — Для чего тебе вообще все это? Сидеть и слушать про наши с Глебом отношения. Тебе не кажется, что это не твое дело?
С каждой фразой уверенность сильнее крепла, но пальцы подрагивали от напряжения.
— Ты ошибаешься. Когда у тебя будет тот, за кого ты будешь нести ответственность, сразу поймешь, что это мое дело, — спокойно пояснил Макс и склонил голову набок.
Я слышала нотки беспокойства в его голосе, и мне показалось, что он знал о моей беременности. Только ждал, когда я сама признаюсь. Может, ему Глеб сказал и ушел? Решил предостеречь брата от такой подлой обманщицы.
— Ты зря так думаешь. Он взрослый парень и должен сам отвечать за свои поступки. И то, что ты сейчас сидишь и пытаешься вывести меня на разговор — это не поможет.
— Я знаю своего брата и поэтому могу ему вправить мозги. Только нужно понимать, в каком направление работать. Но ты не хочешь мне в этом помочь. Ты понимаешь, какие у него могут быть проблемы, если ты своим родителям не сказала, что вы встречаетесь? А тут эта новость раскроется…
Максим говорил рассудительно и ни на секунду не повысил голос. От его баритона и слов мурашки бежали по коже. Я разжала кулаки и взяла кружку с уже остывшим чаем. Сделала глоток, при этом смотрела в глаза Максима. Он держал паузу, не торопил меня. А я понимала, что прямо сейчас не скажу ни слова.
— Мне нужно подумать, — выпалила и поставила кружку на стол. Он прищурился, но слушал внимательно. — Так сразу людям доверять свои секреты я не могу. И для этого мне нужно время. Поэтому верни мою одежду и отпусти.
— А Глебу доверяла? Сколько вы с ним были вместе. Месяц, неделя?
— Год… Мы были вместе год, — сорвалась, и слезы, как по щелчку, полились из глаз.
Макс давил на меня, катком проходился по моей душе, и его не заботило мое состояние. Максиму была важна жизнь его брата…
— Тебе плевать на меня. Лишь бы я твоего брата своим родителям не сдала. Да?
Моя нижняя губа дрожала, из глаза текли слезы. Мне настолько отвратительно находиться здесь. Я понимала, что в наше время каждый сам за себя, и многим плевать на чувства других. Но настолько открыто выражать это? И ведь сам говорил, что мой папа мог устроить Глебу проблемы… Так нельзя было бы хотя бы аккуратнее все преподнести? А не мордой в грязь тыкать?
Встала из-за стола и хотела сбежать от этого человека. Он поступал сейчас не лучше своего брата. Но Максим схватил за плечо, останавливая меня. Я запрокинула голову и сделала глубокий вдох. От его руки исходил жар, который слегка согревал.
— Это не так. Он мог запутаться и испугаться, — тихо сказал Макс.
— Запутаться? А мне каково? — я взглянула на него через плечо.
В глазах Максима была жалость. Ну а что там еще должно быть? Когда перед ним молодая девчонка слезы льет? Вряд ли восхищение.
— Так расскажи мне, я постараюсь помочь.
Хотелось довериться, прямо сейчас вылить все, что копилось в душе. Оно, как ком, все сильнее нарастало. И желание вывалить на Максима было сильным. Я коснулась пальцами мокрых щек и вытерла дорожки от слез. Сделал глубокий вдох и медленный выдох. Бешено колотящее сердце стало успокаиваться.
— Мне нужно подумать, — сипло ответила и сделала шаг вперед.
Рука Максима соскользнула с плеча, и стало холодней. Но просить вернуть ладонь на место было бы дикостью.
— Хорошо. Я сейчас принесу тебе спортивные штаны, наденешь их, и я отвезу тебя домой, — Максим обошел меня и скрылся в комнате.
Он вернулся быстро. В руках у него были спортивные штаны на веревочках, новые носки и футболка. Я забрала вещи и прижала их к груди.
— Где тут ванная?
Максим отошел и показал на дверь рядом с кухней.
Я проскользнула мимо него и зашла внутрь. Положила вещи на стиральную машинку, плед сложила рядом с вещами. Взяла штаны и быстро натянула. Они были мне велики, но я сильнее затянула шнуровку, и они не спадали. Носки оказались кстати, ступням сразу стало тепло. Надела футболку, она висела на мне, как мешок.