(Комментарий Хедина: это я знаю. Дальше, дальше!)
– Его самая главная слабость – это ты, Светлая.
– Я… я знаю, – она покраснела ещё гуще. – Однако он не сдастся. Никогда.
– Когда ты выступишь против него, он не сможет сражаться. Не сможет причинить тебе истинный вред. Ему нужно будет сохранить лицо и гордость, но нанести удар тебе самой он не сможет никогда. Он честен. Не ищи каких-то особых заклятий, секретов или чего-то подобного, Светлая. Просто вызови его на поединок.
– Ночная Империя уже велика и обширна, – покачала она головой. – Придётся сокрушить её, чтобы умилостивить Ямерта. Погибнут невинные…
– Любой истинный воин желает умереть в бою. Они знают, на что идут, знают, что каждого бойца рано или поздно настигает кончина. В мои времена я принимал смелых в своём зале, я…
– Сейчас всё совсем иначе, – перебила его Сигрлинн. – Никто не знает наверняка, куда деваются души павших с доблестью. Царство мёртвых в Хьёрварде живо, мрачный Яргохор ведёт туда караван за караваном; я не уверена, что храбрецов ждёт какая-то иная судьба. Хотя всё может быть – иные говорят о Великом Орле, Великом Духе, что тоже принимает души умерших, но…
– Тогда тем более – чем раньше ты остановишь Ночную Империю, Светлая, тем меньше погибнет невинных. Это просто.
– Наверное, мудрый Хрофт. – Она колебалась. – Но неужели ты совсем-совсем ничего не подскажешь мне? Каких заклятий избегать, к каким, напротив, прибегнуть? Чем быстрее мне удастся задуманное, тем меньше невинных, как ты верно заметил, расстанутся с жизнями.
(Комментарий Хедина: на этом лист обрывается. Старый Хрофт не хотел углубляться в детали, он хотел сказать лишь то, что сказал. Признаться, «облегчить душу», как порой говорят люди? Нет, конечно же. Передав книгу такой, как она есть, он обращался ко мне, считая, что никак иначе обратиться не может. Что любые его слова, сказанные вслух, могут нам повредить – иначе не истолкуешь.
История нашей с Си тогдашней войны будет долгой и изрядно скучной. Старый Хрофт сжал события, в его изложении все отпущенные Ночной Империи дни получались какими-то совсем уж краткими. А ведь на самом деле мы и впрямь взяли почти весь Восточный Хьёрвард, высадились в Западном, уверенно продвигались в глубь Северного. Ночная Империя и впрямь могла захватить весь Митгард, как называл Отец Дружин наш мир.
Да, погибло немало. Войны жестоки, в то время – особенно. Однако они гремели и так, а там, куда приходила Империя, свары и распри прекращались. Ярлы не грызлись между собой, таны не устраивали взаимных набегов, бонды не сходились деревня на деревню, споря из-за каких-нибудь заливных лугов.
А потом я увидел ворона. Ворона, принёсшего мне вызов Сигрлинн.
Наверное, кое-чем Старый Хрофт с ней таки поделился – иначе как бы она вообще со мной бы справилась?
Впрочем, нет, что я. Былая обида до сих пор жива?
Так или иначе, она тогда оказалась правой. Но вот на тысячелетнее изгнание моё Сигрлинн, наверное, всё же не рассчитывала. Вмешался Мерлин, больше некому…
Дальше в рукописи вновь перерыв, и Отец Дружин перескакивает к последней битве, последнему сражению за Хединсей…)
Слейпнир недвижно висел в воздухе, твёрдо стоя всеми восемью ногами на незримой основе. Далеко внизу лежал остров молодого мага Хедина, сейчас со всех сторон окутанный огнём и дымом. Вблизи от острова застыл внушительный флот – длинные чёрно-красные галеры с целой радугой знамён на мачтах. Сигрлинн привела с собой немалое войско, но в бой оно не вступало, как и люди Хедина: и дым, и огонь были следствием магического поединка.
Самого Хедина Отец Дружин не видел. Маг засел где-то в глубине собственной крепости, умело отбивая все попытки Сигрлинн пробить брешь в окружающих остров стенах. Долго это бы всё равно не продлилось – Старый Хрофт чувствовал силу, отданную под власть Сигрлинн, и лишь дивился, что та до сих пор не стёрла с лица земли весь обречённый островок вместе с его защитниками.
Светлая же не пряталась. Её тоже поддерживали над морем незримые силы, она не стала облачаться в броню или опоясываться мечом, нет. Лишь длинное белое платье, словно Сигрлинн собралась на бал, да золотой ободок в волосах. Самое обычное украшение, совершенно не магическое.
Сейчас Сигрлинн настойчиво пробивалась сквозь защиту Хедина множеством незримых игл, норовя вогнать их в сочленения каменных стен, разрывая кладку по швам. Кое-где ей это уже удалось, но ни одного пролома, так, чтобы до земли и куда смогли бы ворваться её воины, пока не получилось.