Уже сам метод параллельного анализа стимулировал стирание привычных границ различных объектов и рассмотрение всех их с единой точки зрения. Он создавал предпосылки того сближения различных областей знания, без которого было невозможно открытие идеи отчужденного труда. С другой стороны, как мы видели, в ходе параллельного анализа внимание Маркса все более сосредоточивалось на вопросе о сущности труда в условиях капитализма как труда принудительного, служащего целям увеличения богатства собственников, труда одностороннего, пагубного для самих рабочих. Маркс уже сформулировал понятие «абстрактный труд», от которого оставался «один шаг» до понятия отчужденного труда. Фрагмент «Отчужденный труд и частная собственность» является как бы развернутым ответом на поставленный в процессе параллельного анализа источников дохода вопрос о смысле сведения жизнедеятельности большей части человечества к абстрактному труду.
Разумеется, идею отчужденного труда не следует рассматривать лишь как реализацию имевшихся ранее предпосылок или просто как ответ на поставленные ранее вопросы. Она была одним из редких по своей силе и энергии взлетов могучего ума, для которых предшествующее развитие – необходимая предпосылка, но все же лишь предпосылка. Эта идея – результат переплавки экономических проблем и понятий в горниле диалектико-материалистического подхода к обществу и его истории.
Как бы предвидя фальсификацию категории «отчужденный труд» современными буржуазными теоретиками, молодой Маркс с самого начала предупреждал, что он вовсе не намерен объяснять этой категорией всю человеческую историю, подобно тому как теолог объясняет происхождение зла грехопадением. Напротив, для обоснования этой категории Маркс берет «отправным пунктом современный экономический факт:
Рабочий становится тем беднее, чем больше богатства он производит, чем больше растут мощь и размеры его продукции. Рабочий становится тем более дешевым товаром, чем больше товаров он создает. В прямом соответствии с ростом стоимости мира вещей растет обесценение человеческого мира… Этот факт выражает лишь следующее: предмет, производимый трудом, его продукт, противостоит труду как некое чуждое существо, как сила, не зависящая от производителя» (18, с. 87 – 88).
Сам факт увеличения бедности рабочих по мере возрастания производимых ими богатств буржуазная политическая экономия отнюдь не отрицает. Однако признавая этот факт, она не осмысливает его сущности именно как проявления отчуждения продукта труда от самого труда, от рабочего. Более того, «политическая экономия замалчивает отчуждение в самом существе труда тем, что она не подвергает рассмотрению непосредственное отношение между рабочим (трудом) и производимым им продуктом» (18, с. 90).
Между тем именно здесь коренится сущность трудовых отношений. Непосредственное отношение труда к его продуктам есть одновременно и отношение рабочего к предметам производства. Следствием этого отношения является и отношение имущего, собственника к предметам производства и к самому производству. Таким образом, в отчужденном характере непосредственного отношения между рабочим (трудом) и производимым им продуктом кроется тайна частной собственности на предметы производства (позднее Маркс скажет: на средства производства), тайна командной власти капитала над трудом. Именно поэтому буржуазная политическая экономия не рассматривает данное отношение и тем самым замалчивает отчуждение в самом существе труда.
Маркс, как идеолог пролетариата, видит свою задачу в том, чтобы вскрыть сущность трудовых отношений буржуазного общества в отчужденном труде и подвергнуть содержание отчужденного труда всестороннему анализу.
Отчужденный труд имеет своей предпосылкой «предмет, производимый трудом». Этот предмет, в свою очередь, имеет своей предпосылкой внешний мир, природу. «Рабочий ничего не может создать без природы, без внешнего чувственного мира» (18, с. 89).