Сказать, что разделение труда и обмен покоятся на частной собственности, равносильно утверждению, что труд является сущностью частной собственности, – утверждению, которое политэконом не может доказать и которое мы намерены доказать за него. Именно то обстоятельство, что разделение труда и обмен суть формы частной собственности, как раз и служит доказательством как того, что человеческая жизнь нуждалась для своего осуществления в частной собственности, так, с другой стороны, и того, что теперь она нуждается в упразднении частной собственности…
Нам надлежит рассмотреть следующие моменты:
Во-первых, склонность к обмену, основу которой политэкономы (например, А. Смит. – Н.Л.) находят в эгоизме, рассматривается как причина или взаимодействующий фактор разделения труда. Сэй считает обмен чем-то не основным для сущности общества. Богатство, производство объясняются разделением труда и обменом. Признается, что разделение труда вызывает обеднение и деградацию индивидуальной деятельности. Обмен и разделение труда признаются причинами великого разнообразия человеческих дарований, разнообразия, которое становится полезным опять-таки благодаря обмену. Скарбек делит производственные или производительные сущностные силы человека на две части: 1) на индивидуальные, от природы присущие человеку силы – его разум и специальная склонность или способность к определенному труду, и 2) на проистекающие из общества, а не из реального индивида, силы – разделение труда и обмен. – Далее: разделение труда ограничено рынком. – Человеческий труд есть простое механическое движение; самое главное выполняют материальные свойства предметов. – Каждому отдельному индивиду следует поручать возможно меньше операций. – Раздробление труда и концентрация капитала, неэффективность индивидуального производства и массовое производство богатства. – Значение свободной частной собственности для разделения труда» (18, с. 144 – 145).
Здесь, по сути дела, заканчивается третья тетрадь «Экономическо-философских рукописей». Процесс взаимовлияния и синтеза философских, экономических и политических взглядов Маркса уже достиг такой точки, от которой недалеко было до открытия фундаментального положения материалистического понимания истории – положения о развитии производительных сил (орудий труда и способностей человека к труду) как подлинном источнике движения истории, самодвижения ее.
Своеобразным завершением рукописей 1844 г. является сделанный Марксом набросок «Предисловия» к работе, которую он предполагал опубликовать на основе «Экономическо-философских рукописей». Написание текста этого сравнительно небольшого «Предисловия» потребовало затраты колоссальных творческих усилий: как нигде, здесь много зачеркиваний, исправлений. Видимо, сказалась сложность задачи, которую Маркс поставил перед собой при подготовке «Предисловия»: дать публичную самооценку проведенной работы, соотнеся ее с обещанием, высказанным во «Введении…» из «Немецко-французского ежегодника», и охарактеризовать возникшие новые замыслы.
У Маркса имелись основания быть удовлетворенным результатами своих экономических занятий, обобщение этих результатов он намерен был предложить читателю в виде сочинения, посвященного критике политической экономии. Менее чем через полгода, 1 февраля 1845 г., Маркс заключил с книгоиздателем Леске договор на выпуск книги «Критика политики и политической экономии» в двух томах, объемом свыше 20 печатных листов каждый (см. 11, с. 397 – 400).
Вместе с тем опыт разработки такого специального предмета, как политическая экономия, показал, что нецелесообразно совмещать критику такого рода предметов с критикой, направленной только против спекулятивного мышления. Поэтому Маркс отказывается от прежнего намерения дать критику науки о праве и государстве в виде критики гегелевской философии права и обещает: «…критику права, морали, политики и т.д. я дам в ряде отдельных, следующих друг за другом самостоятельных брошюр, а в заключение попытаюсь осветить в особой работе внутреннюю связь целого, взаимоотношение отдельных частей и, наконец, подвергну критике спекулятивную обработку всего этого материала» (18, с. 43).
Ни одна из намеченных брошюр не была подготовлена. Сохранился набросок плана работы о современном государстве, написанный, вероятно, в ноябре 1844 г. и во многом воспроизводящий пункты предметных указателей, составленных Марксом еще летом 1843 г. к Крейцнахским тетрадям. Однако в пункте 9 он сделал существенное дополнение: «…борьба за уничтожение [Aufhebung] государства и гражданского общества» (18, с. 227). Этим Маркс подтверждал свои намерения, связанные с публикацией «Рукописи 1843 года» и с написанием истории Конвента и французской революции вообще. Возможно, затем он предполагал подготовить эту работу в качестве одного из томов упомянутой «Критики политики и политической экономии».