Маркс тотчас же резко выступил против такого использования «Рейнской газеты». Вскоре после завершения публикации «Золотой середины» он написал Оппенгейму: «Прежде всего, совершенно общие теоретические рассуждения о государственном строе подходят скорее для чисто научных журналов, чем для газет. Правильная теория должна быть разъяснена и развита применительно к конкретным условиям и на материале существующего положения вещей… Во всяком случае, мы тем самым восстанавливаем против себя многих, пожалуй, даже большинство, свободомыслящих практических деятелей, которые взяли на себя трудную задачу – завоевывать свободу ступень за ступенью, внутри конституционных рамок, в то время как мы, усевшись в удобное кресло абстракции, указываем им на их противоречия… Газеты лишь тогда начинают становиться подходящей ареной для подобных вопросов, когда последние стали вопросами реального государства, практическими вопросами» (11, с. 367).
Итак, дело не только в абстрактности критики конституционализма, но и в том, что эта критика в тот момент была лишена реальной почвы. Практическая борьба велась тогда за конституцию, и потому критиковать конституционалистов в органе этой практической борьбы – значит выбрать неподходящую арену для такой критики.
Указывая на неуместность критики конституционализма в газете, Маркс в то же время был не менее критически, чем Э. Бауэр, настроен в отношении пороков конституционной монархии. Достаточно вспомнить, что еще в марте 1842 г. Маркс сообщал Руге о работе над статьей, где основное – «борьба против конституционной монархии, этого ублюдка, который от начала до конца сам себе противоречит и сам себя уничтожает» (11, с. 356). Именно на эту статью и ссылается Маркс в заключение письма к Оппенгейму. Критикуя Э. Бауэра, Маркс исходил преимущественно из тактических соображений и сделал следующий практический вывод: «Я считаю необходимым, чтобы не столько сотрудники руководили „Rheinische Zeitung“, сколько, наоборот, она руководила ими. Статьи вроде указанной дают прекраснейший случай наметить перед сотрудниками определенный план действий. Отдельный автор не в состоянии так охватить целое, как это может сделать газета» (11, с. 367 – 368).
Маркс здесь наметил единственно правильный путь, как вывести газету из-под угрозы гибели и одновременно придать ей большую силу воздействия на читателей. Издателям «Рейнской газеты» следует воздать должное за то, что они правильно поняли суть выдвинутого Марксом принципа и сделали для его реализации самое большее, что только могли сделать: пригласили Маркса на пост главного редактора газеты!
Маркс переехал из Бонна в Кёльн и с 15 октября 1842 г. приступил к новым обязанностям. В качестве главного редактора он рассчитывал не просто выиграть ту или иную полемическую схватку с правительством. Его главной целью была политическая пропаганда через газету как средство побудить широкие слои читателей к борьбе за радикальное изменение своего социального и политического положения. Это и означало превратить газету в действенный орган революционной демократии. Маркс придавал очень большое значение росту влияния газеты и благодаря гибкой тактике добился больших успехов в этом направлении.
Прежде всего он перенес центр борьбы против реакционных газет с «Кёльнской газеты», занимавшейся преимущественно религиозными вопросами, на Аугсбургскую «Всеобщую газету», более широко отражавшую взгляды реакционеров по политическим проблемам.
Далее Маркс нанес ощутимый удар непосредственно по правительству: неофициально получив от сына обер-президента Флоттвеля текст подготовлявшегося правительством проекта закона о разводе, «Рейнская газета» 20 октября опубликовала этот проект. Эффект был потрясающим. Дело в том, что король Фридрих-Вильгельм IV, руководствуясь католическим учением о нерасторжимости брака, поручил министерству Савиньи подготовить законопроект, значительно затруднявший расторжение брака. Правительство Фридриха-Вильгельма IV придавало этому законопроекту особое значение, как первому значительному шагу в своей деятельности. Законопроект держался в секрете. И вдруг тайное стало явным.