– На вашем месте я сейчас же отправился бы посмотреть, хороши ли виды на урожай и не требует ли дом ремонта…
– Вы смеетесь надо мной?
– Дикий зверь спущен с цепи…
– Ну что же,- ответил герцог,- если этот зверь наскочит на меня, я сверну ему шею!
– Не забудьте, что сам король не мог ничего поделать!
– Ну а я…
– А вы? Вы, ручаюсь вам, менее чем через три дня проглотите что-нибудь такое, от чего умрете в страшных мучениях!
– В предупреждение этого я принесу в вашем присутствии обет: клянусь не пить в Париже ничего, кроме воды, и не есть ничего, кроме свежих яиц, до тех пор пока не сверну шею Рене!
Пибрак только покачал головой.
– Ну да ладно, черт возьми! – продолжал Крильон.- Я от правлюсь сейчас к королю и выскажу ему прямо в лицо, что думаю обо всем этом.
– Берегитесь!
– Чего именно?
– Королева-мать находится у его величества.
– Ну так что же? Мне-то что!
С этими словами бесстрашный Крильон направился к кабинету короля. В приемной сидел паж Рауль.
– Король никого не принимает! – заявил он.
– Ну меня-то он примет!
– Я пойду скажу его величеству, что вы желаете видеть его! Рауль ушел в кабинет, откуда сейчас же до Крильона донесся желчный голос Карла IX, крикнувшего:
– Скажи герцогу, что у меня болит голова и я не могу принять его!
– А, так королева действительно предупредила меня! – с бешенством буркнул герцог.
Он был вне себя и опять спустился во двор, чтобы привести в исполнение дикую идею, пришедшую ему в голову. Он хотел дождаться, когда Рене явится в Лувр, и, как говорил герцог, "свернуть шею парфюмеру сатаны".
Через некоторое время к нему опять подошел Пибрак.
– А,- сказал герцог,- вы пришли за мной от короля?
– Нет, герцог.
– В чем же дело?
– У меня к вам поручение.
– А именно?
– Король просит вас сесть на лошадь и отправиться в Авиньон, где вы подождете новых распоряжений.
– Но ведь это немилость! – крикнул Крильон.
– Нет, это уже ссылка,- печально ответил Пибрак.Согласитесь, герцог, что я только что давал вам очень хороший совет!
– Черт возьми! – крикнул Крильон.- Раз король ссылает меня, я уеду, но ранее того я сверну Рене шею!
– Увы, вы лишены даже и этого удовольствия, герцог, так как король поручил мне взять с вас честное слово, что вы сейчас же уедете!
– А если я не дам честного слова?
– Тогда я должен буду попросить вас вручить мне шпагу! Бешенство Крильона сразу упало.
– Вы были правы, мой милый друг,- сказал он,- воздух Парижа действительно вреден мне теперь. Мне нечего делать при дворе такого слабого, неустойчивого короля, и возвращение к себе домой будет действительно лучше всего. Солнце Прованса греет больше, чем луврское… Бедный король! – И, не думая больше о Рене, Крильон ушел собираться в путь.
Пибрак задумчиво шел по двору.
– Эй, Пибрак! – крикнул в этот момент Генрих Наваррский, которого капитан гвардии не заметил.
Теперь он обернулся и, направившись к принцу, сказал ему:
– Ваше высочество, только что я давал Крильону хороший совет отправиться подышать чистым воздухом юга…
– А зачем?
– Да затем же, зачем и вам говорю: ваше высочество, сейчас отличное время для охоты; если бы вы отправились в наши родные горы…
– Милый Пибрак,- смеясь, ответил Генрих,- ведь только я и Крильон не боимся Рене, а все вы остальные…
– Вы делаете большую ошибку, ваше высочество.
– Но Рене нуждается во мне больше, чем в королеве, и вы увидите, кто из нас должен бояться!
– На поддержку короля больше нельзя рассчитывать!
– Ну вот еще!
– Королева Екатерина снова забрала его в свои руки, и вот уже и результат: Крильон сослан!
– Ну, это уж чересчур! – пробормотал Генрих.
– И я начинаю думать, что Рене и на самом деле колдун!
– Ну, вы увидите, что я больше колдун, чем Рене! – ответил принц.- До свидания, Пибрак! – Куда же вы идете?
– К королеве-матери.
– Она у короля.
– Ну так я подожду ее.
У Генриха была своя мысль. Он хотел предупредить Рене и не потерять своего реноме искусного колдуна. Он рассуждал так:
"Ее величество все поставила на карту, чтобы спасти Рене, но она должна быть очень раздражена против него за те волнения и беспокойства, которые ей пришлось испытать по его милости. Спасение Рене было равносильно для нее возврату власти и влияния над королем. Поэтому она будет жестоко преследовать всех, кто был на стороне короля против Рене. Но к самому Рене она будет, особенно на первых порах, относиться не очень-то милостиво, а так как все мои предсказания оправдались наилучшим способом, то положение Рене при королеве на первое время останется за мной!"