Громова не заметила, сколько времени провела вот так, стоя у окна, но когда за стеклом уже ничего невозможно было разглядеть, кроме густой южной ночи, она вдруг почувствовала, что ей катастрофически не хватает воздуха. Схватив со стола пачку сигарет и всунув ноги в дешевые сандалии, купленные Олечкой, она вышла из номера и спустилась вниз.
Пройдя через пустой холл и оказавшись во внутреннем дворе, девушка подошла к подсвеченному уютными огоньками бассейну и присела на его край. Она не взяла ни часов, ни телефона, и понятия не имела, который сейчас час, а темнело здесь настолько рано и быстро, что ориентироваться по украшенному крупными звездами небу тоже не представлялось возможным.
Кира закурила и опустила ступни в переливающуюся белым светом фонариков голубую воду. Здесь дышалось намного легче, а веселый галдеж цикад, притаившихся в ближайших кустах, будто твердил ей на разные лады, что жизнь существует и за пределами ее тайного мира, она реальна, она полна природой, людьми, эмоциями, и она готова принять ее. Возможно, принять их обоих. Стоит только позволить себе…
Громова скользнула ногой по воде, смешивая плеск капель с роем цикад, и усмехнулась этой внезапно понравившейся ей ночной мелодии.
— Тебе нравится? — едва различимо прошептала она.
— Вообще-то не очень. Они задолбали уже, если честно, — услышала она незнакомый женский голос над собой и вздрогнула от неожиданности.
— Простите? — переспросила Кира, поднимая голову на стоявшую рядом юную брюнетку в микроскопическом красном платье, которая хмурила брови на расшумевшиеся кусты за бассейном.
— Цикады! — без приглашения усаживаясь рядом и тоже опуская ноги в воду, ответила девушка. — Все ночь орут, спать мешают!
— А, понятно, — растерянно протянула Громова, рассматривая непрошенную собеседницу. — Я не замечала.
— Привет! — внезапно поздоровалась брюнетка и широко улыбнулась. — Можно сигаретку?
— Да, пожалуйста, — настороженно произнесла Кира и протянула незнакомке свою пачку.
— С парнем поссорилась? — поинтересовалась девушка, отработанным движением прикрывая огонек зажигалки от ветра и прикуривая сигарету.
— С чего вы взяли? — холодно отозвалась Громова, снова опуская взгляд к воде.
— Можно на «ты». Я — Аня. Друзья зовут Нюта, — воодушевленно произнесла ночная гостья и снова улыбнулась.
— Кира, — кивнула девушка и внимательнее посмотрела на собеседницу.
На вид ей было не больше двадцати — двадцати двух лет. Довольно миниатюрная, даже худенькая, с темным, отливающим темным золотом в этом освещении загаром и светлыми глазами, которые было почти не разглядеть из-под густо накрашенных ресниц и ярких фиолетовых теней с блесками. Судя по манере говорить, она была местная, либо приехала из другого южного города, но для туристки вела себя уж слишком уверенно.
— Я видела, как тебя вчера этот высокий, забываю его фамилию, в басик кинул, а потом вы ругались, — глубоко затягиваясь и неумело выпуская кривые колечки дыма, рассуждала Аня. — Я подумала, он твой парень.
— Нет, это не так, — коротко ответила Громова, не желая пускаться в обсуждение нюансов их путанных взаимоотношений с Дзюбой.
— Жаль, он клевый, — как-то очень искренне и душевно вздохнула девушка и, прикрывая глаз от дыма, скосилась на новую знакомую. — А чего тогда грустная такая? Одна тут сидишь.
— Да, просто надоело все как-то. Устала, — пространно ответила Кира, начиная немного раздражаться от этой манеры лезть к незнакомым людям с подобными расспросами.
— Алё, тебе тридцать лет что ли, чтобы уставать? — удивленно воскликнула Нюта, чуть не выронив сигарету в воду, и порывисто вскинула руки к небу. — Ты же в Сочи! Тут надо веселиться!
— Думаешь? — неожиданно для самой себя улыбнулась ее детским представлениям о жизни тридцатилетних Громова.
— Уверена! — утвердительно кивнула брюнетка и резко поднялась на ноги, одергивая платье, которое успело задраться так, что Кира теперь знала цвет ее нижнего белья. — Поехали с нами в «Малибу»! Там сегодня клевая вечеринка, Егор Крид будет выступать!
— Счастье-то какое, — рассмеялась девушка и накрыла лицо руками. — Мне только его для полного комплекта не хватает.
— А что? Он клевый! — с непониманием в голосе протянула Аня и с неожиданной силой потянула новую подругу за руку. — Пошли, за мной сейчас Жека приедет, он нас отвезет!
— Жека — это кто? — нахмурилась вынужденная встать Кира.
— Мой брательник! — махнула рукой куда-то в неопределенном направлении Нюта и, быстро впихнув ноги в босоножки на головокружительных каблуках, потащила девушку в сторону выхода с территории отеля. — Он клевый, тебе понравится!
— Подожди, Ань! — притормозила Громова, задумчиво оглядывая себя. — Мне, наверное, надо переодеться… И деньги взять. Я только с сигаретами вышла.
— Забудь, мы с Жекой тебя приглашаем! — снова взмахнула рукой брюнетка и добавила, бесцеремонно оглядев новую знакомую с головы до ног. — И зачем переодеваться? Клевые шортики! Где покупала?
— В «Виктории», — всовывая ноги в сандалии, пробубнила Кира.
— У тебя есть вкус, — со знанием дела констатировала Аня и с улыбкой добавила. — И вообще, ты — клевая!
— Спасибо, ты тоже, — обреченно отозвалась девушка, понимая, что передозировка словом «клево» ей сегодня обеспечена.
Мозг у Киры планомерно распухал от обилия информации, которую успела влить в него разговорчивая Нюта за то короткое время, что они шли через парк к выезду с территории отеля. Выяснилось, что Ане еще только в конце лета должно будет исполниться двадцать, в гостинице она работает горничной, и это ее первая настоящая работа в жизни, чем она несказанно горда, что босоножки ей ужасно натирают мизинец, но они «клевые» и нужны для дела, поэтому она терпит, а на сегодняшний вечер у нее намечен амбициозный план пробраться в гримерку к Егору Криду и, как минимум, сделать ему минет, а дальше — как пойдет. К тому моменту, когда девушки вышли из густой тени парка на ярко освещенную парковку у главных ворот, Громова окончательно пожалела, что вписалась в эту сомнительную авантюру, и уже начала прикидывать, под каким предлогом можно будет с минимальными потерями отделаться от новой подруги. Но едва завидев у выезда ярко-красную спортивную «Тойоту» с оранжевыми всполохами на крыльях и вальяжно прислонившегося к ней высокого загорелого парня, тут же переменила свое мнение, решив, что уйти она всегда успеет.
— Жек, это Кира! Клевая, да? — представила ее Аня, когда они подошли ближе и сверкнула довольной улыбкой.
— Привет, я — Женя, — приветливо улыбнулся ей молодой человек и скользнул взглядом по обнаженным ногам девушки, плавно переключая внимание на сестру. — Нют, ты че опять, как шалавень портовая вырядилась? Я сегодня драться из-за тебя не собираюсь, у меня майка новая!
— А что, у вас в клубах драки бывают? — насторожилась Кира, вглядываясь в лица ребят.
— Да не, это он просто перед тобой выпендривается, — хихикнула Нюта, открывая заднюю дверь автомобиля. — Погнали?
Женя открыл перед Громовой пассажирскую дверь, поигрывая ключами от машины между пальцев, и она воспользовалась этим моментом, чтобы повнимательнее рассмотреть его. Парню на вид было около двадцати пяти и, судя по заметному рельефу мышц на его загорелых руках и груди, в тренажерном зале он не только девчонок клеил. В меру симпатичный, но не смазливый, затянутый в белую борцовку и такие же кипельно-белые шорты до колена, великолепно сидящие на узких бедрах и подчеркивающие пропорции спортивной фигуры, он почти светился на фоне черного южного неба. На его широкой жилистой шее красовалась золотая цепь внушительного размера, которая в купе с далеко не новым, но явно ухоженным и даже тюнингованным автомобилем, была будто призвана сообщить окружающим, что у этого парня жизнь удалась.
Кира кокетливо откинула назад волосы и провалилась на низкое сиденье спортивной «Тойоты», на мгновение почувствовав себя старшеклассницей, которую взял с собой на вечеринку самый крутой парень в школе. Когда он сел за руль, включил музыку и, потянувшись через нее к боковому зеркалу, слегка задел локтем ее колено, на душе вдруг стало так волнительно и радостно, как бывает только в юности. Девушку охватило давно забытое ощущение новизны и предвкушения чего-то необычного, миллионов открытых возможностей, которые одновременно манят и щекочут нервы опасной неизвестностью. Она глупо рассмеялась, застенчиво отодвинув сомкнутые колени в сторону, и стрельнула в парня озорным взглядом, получив взамен сверкнувшую в темноте салона белозубую улыбку.