— Скажу, что Златопольский попросил приехать, — равнодушно отозвалась Громова, продолжая постукивать пальцами по стеклу.
— Ничего, что он в Италии сейчас с семьей отдыхает? — усмехнулся Климов.
— Ничего! — резко ответила Кира, суровым взглядом стирая улыбку с лица друга, и резко обернулась на дверь, возле которой показалась хрупкая фигурка помощницы. — Оля, ты в кассу «Аэрофлота» ездила, что ли?
— Из-за чемпионата большой ажиотаж, билеты есть только на вечер, — проговорила Олечка, подходя ближе и протягивая начальнице распечатанный электронный билет. — И на почту вам отправила.
— Оля, блин! Это рейсы между Москвой и Питером! Их в день по сто штук! Каждые двадцать минут! Неужели нельзя было купить нормальный билет! — потрясая листком бумаги в воздухе, возмущенно отчитывала ее Громова.
— Громик, не ори, — примирительно произнес Вадик, кладя подруге руку на плечо и заглядывая в билет. — Сейчас и правда очень трудно достать билеты день в день. Она молодец, что хоть этот урвала.
— А ты ее не защищай! А то и тебе достанется! — буркнула Кира, скидывая его руку и с недовольным видом запихивая билет в сумку, проворчала. — Все нужно делать самой, сколько раз уже убеждалась…
— Кир, ты ведь понимаешь, что он снова тебя бросит… — наблюдая за ее нервными движениями, предпринял очередную попытку вразумить девушку Климов. — У него натура такая… Гнилая. Потешит в очередной раз свое самолюбие и все равно бросит. И ты на эти несколько дней с ним готова променять целую жизнь с человеком, который тебя боготворит?
— Он меня любит! Любит так, как тебе и не снилось! — резко оборачиваясь и стреляя в друга огненным взглядом, почти прокричала Громова и горячо добавила, глядя на затаившуюся рядом Олю. — И никто из вас этого никогда не поймет, потому что вам не дано такое пережить!
— Да ты больная просто! — выпалил в ответ Вадим, с ужасом глядя на неистовый блеск в ее глазах.
— А мне плевать! Думай, что хочешь! — закричала девушка, теряя над собой контроль.
— Я позвоню Артёму. Кто-то должен тебя остановить, — удрученно покачал головой парень.
— А я тогда позвоню Паше и расскажу, что у его белокурого ангелочка во внутреннем кармане пиджака два веса первого! — выстрелила в ответ Кира, кривя рот в дьявольской усмешке. — Ты ведь продолжаешь строить из себя святую невинность? Вряд ли твой драгоценный доктор знает, почему именно ты отвечаешь у нас за джиар, откуда у тебя такая шикарная тачка и квартира в центре Москвы при должности руководителя отдела, не догадывается, чьи изящные ручки снабжают ядом всю правительственную структуру, на чьей совести все эти коррупционные…
— Хватит! — оборвал ее Климов, тоже повышая голос. — Все это не имеет к нему никакого отношения!
— Конечно, не имеет! Ведь ты не хочешь, чтобы он узнал, кто ты на самом деле! — злобно процедила Громова, продолжая пугающе улыбаться. — Потому что он отвернется от тебя, узнав хоть малую долю той грязи, в которой ты не просто живешь, а управляешь ею!
— Он любит меня таким, какой я есть! — отчаянно выкрикнул Вадик, пытаясь убедить в этом хотя бы самого себя.
— Нет, милый мой. Он любит то, что ты ему показываешь! — с притворным состраданием в голосе произнесла девушка и продолжила, повышая голос и краснея от злости. — А я не собираюсь всю жизнь изображать из себя другого человека, играть роль, как вы все, чтобы только не остаться одной! С Максом я могу все — купаться в коксе, врать, воровать, трахаться со всеми подряд, и он все равно будет любить меня! До тех пор, пока будет дышать…
Кира резким движением схватила со стола сумку, давая понять, что разговор окончен, и направилась к двери.
— Я пойду в туалет, чтобы к моему возвращению все были на своих местах! Опоздавшие могут сразу в отдел кадров идти! С заявлением! — стреляя словами, словно смертоносными пулями, выпалила она и вышла из зала, не оборачиваясь на опустивших головы сотрудников.
Благодаря тому, что в Кириных руках было расписание всех активностей сборной, включая индивидуальные пиар-мероприятия, ей не составило труда подгадать время, когда Денис будет занят на съемках на «Матч ТВ», чтобы по-быстрому собрать свои вещи и незаметно улизнуть в аэропорт. Девушка рассудила, что сбережет больше нервов и ему, и себе, если сообщит об отъезде по телефону, а лучше даже в смс. Ее не мучили ни угрызения совести за утреннюю ссору с лучшим другом, ни чувство вины перед мужчиной, которого она так нежно целовала накануне и которого теперь покидает, — все другие чувства, эмоции, привязанности, правила и каноны, все блекло и теряло очертания на фоне гигантского огненного шара ее страсти к Липатову. С каждым часом, приближающим их встречу, он разрастался и наливался новыми вспышками искр, становясь все ярче и горячее, огненной лавой сминая на своем пути любые преграды и сомнения. И даже тоненький, противно царапающий острыми коготками душу изнутри, удивительно живучий голосок сожаления о предаваемой ею любви другого человека стал очередной, но далеко не единственной его жертвой.
— Что ты делаешь? — услышала Кира за спиной знакомый голос и вздрогнула от испуга, выронив из рук аккуратную стопку белых футболок.
— Ой, Черешня! Напугал меня! — шумно выдохнула девушка, так и не привыкнув к этой его манере всегда появляться бесшумно и неожиданно, и главное, в самый неподходящий момент. — А ты что тут делаешь? У тебя же съемки!
— Мы уже закончили, — настороженно проговорил Денис и присел на край тумбочки, не сводя взгляд с раскрытой сумки и разложенных на кровати вещах.
— Что-то быстро как-то… — с виду вполне искренне удивилась Громова и, театрально цокнув языком, добавила. — Халтуру небось нагнали, надо было мне самой с тобой ехать.
— Ты куда-то собралась? — не обращая внимания на ее причитания и кивая на сумку, спросил Черышев.
— Да мне в Питер нужно сгонять на день-два. Туда-обратно, — бодрым тоном отозвалась Кира, всем видом давая понять, что это обычное дело и заново укладывая рассыпавшиеся футболки в аккуратную стопку.
— Зачем? — мертвым голосом произнес мужчина.
— Златопольскому нужно мое участие в переговорах с новым клиентом, — не дрогнув ни одной мышцей на лице, соврала девушка. — Он попросил приехать, я не могла отказать.
— И когда он тебя об этом попросил? — не унимался футболист.
— Утром, — ответила Громова и выпрямилась, настороженно посмотрев в лицо мужчине. — Странные вопросы ты задаешь.
— Просто утром мы были вместе, и тебе никто не звонил, — не сводя с нее внимательный взгляд, подметил Денис.
— Он позвонил позже, когда я уже ехала в офис, — раздраженно проговорила Кира и возмущенно добавила, протягивая ему свой телефон. — Ты что, мне не веришь? Хочешь посмотреть список входящих?
— Нет, конечно, — хмуро ответил Черышев, опуская глаза и отрицательно качая головой.
— Тогда я не понимаю, к чему этот допрос, — обиженно проворчала девушка, пытаясь скрыть вздох облегчения.
— Я с тобой поеду, — вдруг произнес Денис, поднимая на нее решительный взгляд.
— Поехали, — одобрительно кивнула Громова, укладывая на футболки неразличимые в сложенном виде черные платья и принимаясь высматривать на брюках стрелки. — Только сначала тебе нужно отработать два интервью, съемки на «Первом» и что там у тебя еще в графике.
— Мне не нравится, что ты едешь одна. Это неправильно, — глухо произнес Черышев, чувствуя свое полное бессилие перед лицом обстоятельств и своих собственных обязательств.
— Черри, ну что за глупости, — улыбнулась девушка, и театрально приложив руку к груди, торжественно произнесла. — Клянусь держать ноги вместе, и не брать в рот посторонние предметы, даже если сам Месси зажмет меня в темном переулке!
— Месси уже уехал, — даже не улыбнувшись ее шутке, тихо проговорил мужчина.
— Тогда мы вообще ничем не рискуем, — рассмеялась Кира, запихивая в сумку оставшиеся на кровати вещи, и направилась в ванную, кидая уже из-за двери. — Я не понимаю, что ты так волнуешься. Я все время езжу одна, так всегда было!
— Все изменилось, теперь мы вместе, — сказал Денис в пустоту комнаты.