Вадим Климов:
И так она проснулась знаменитой!
Олечка:
Кира Юрьевна, вы видели это?
Вам это не понравится.
Скорее всего.
Перезвоните мне, как можно скорее.
Я не знаю, что делать!
Кристина Дзюба:
Кирюша, поздравляю! Хоть я и немного обижена, что ты сама мне ничего не рассказала.
- Вы о чем все? – раздраженно прошептала Кира, смахивая уведомления и проклиная Олю за манеру писать сто пятьдесят сообщений по одной строке, вместо одного с полноценной информацией.
Отыскав в потоке Олиного сознания фотографию, девушка решила, что именно в ней кроется источник всеобщего ажиотажа и, открыв изображение в переписке на полный экран, замерла, судорожно сглотнув внезапно появившуюся в пересохшем горле слюну.
На снимке, сделанном скриншотом из Инстаграма, красовалась она, собственной персоной, с бокалом сауэра в руке и в объятиях своего названного бойфренда Черышева. Фотография была сделана вчера вечером в «Типплерс». Денис сидел на барном стуле, а она стояла между его ног, прижимаясь практически вплотную и слегка относя в сторону руку с бокалом. Их лица были катастрофически близко друг от друга, не оставляя зрителям простора для фантазии.
Под фотографией владелец аккауната с известной ей фамилией, сделал шутливую надпись:
«Кирш – крепкий алкогольный напиток на черешневых косточках. Подается только в Питере и только этим летом!»
Кира почувствовала, как у нее затряслись руки. Этот малолетний придурок не только сделал и опубликовал фотографию, он решил еще поиграть в акронимы!
Дрожащими от злости пальцами, девушка нажала на вызов.
- Кира Юрьевна, вы видели? – закудахтала Олечка, как только сняла трубку, – Я все утро пытаюсь до вас дозвониться! Что нам с этим делать?
- Который из них? – отчетливо чеканя слова, злобно проговорила Кира.
- В смысле «который»? – не поняла помощница.
- Их двое. Который из них этот «джей ар шестьдесят»? – на удивление спокойно пояснила Громова, нервно постукивая пяткой по полу.
- А, это Антон, – с готовностью ответила Оля, обрадовавшись, что поняла вопрос и смогла ответить верно, – Что нам с этим делать, Кира Юрьевна? Уже больше тысячи репостов.
- Ломай его, – сухо ответила Кира, – И отправь ребят вычищать сеть. Чтобы к вечеру и следа этой фотки не было ни на одном захудалом ресурсе! И поставь на мониторинг, чтобы убивали все появляющиеся упоминания.
- Но, я не могу давать разрешение на взлом аккаунта… – нерешительно протянула Олечка.
- Ломай, я сказала! – заорала Громова, – Скажи, что это мое распоряжение!
Кира сбросила звонок и, стянув с себя пижаму, стала судорожно натягивать узкое платье, которое так изящно подчеркнуло ее изгибы в приглушенном свете бара на злополучной фотографии. Ее трясло от злости и уязвленного самолюбия, а также от мыслей обо всех разговорах, которые неминуемо поползут после этой публикации. Ее ребята смогут остановить распространение изображения по сети и даже удалить все упоминания о ней, но вот остановить человеческие языки она, увы, была не в силах. Хотелось не только навечно заблокировать аккаунт этому безголовому Миранчуку, но заодно и переломать ему все до единого пальцы, чтобы больше не мог нажимать на кнопки.
Завязав волосы в пучок, она вихрем ворвалась в ванную, где Липатов проводил свои утренние водные процедуры.
- Дай зубную щетку, – с порога гаркнула она на парня.
- Возьми, твоя лежит, где обычно, – проговорил он, с недоумением глядя на ее раскрасневшиеся щеки.
- Она, небось, плесенью уже покрылась, – пробубнила девушка, доставая из стаканчика в шкафу свою старую красную зубную щетку, и не обращая внимания на факт того, что он хранил ее все это время.
- Ты кофе сварила? – вытирая голову полотенцем, наивно поинтересовался Макс.
- Нет, я не буду кофе, – неразборчиво пробубнила Кира со щеткой во рту, и добавила, сплюнув пасту в раковину, – У меня сегодня на завтрак один юный Инстаграм-блогер. Не хочу портить аппетит.
- Воинственный барсук, – обнимая ее сзади, с улыбкой проговорил Липатов.
Прополоскав рот и умывшись, Кира обернулась и, вытерев лицо его полотенцем, поцеловала в губы.
- Я поехала, – сказала она, с трудом всовывая слегка опухшие ноги в туфли, – Если сегодня в новостях напишут об убийстве, знай – я не причем!
- Если меня вызовут на допрос, я скажу, что мы не знакомы, – с улыбкой проговорил Макс, открывая перед ней дверь.
- Спасибо, – улыбнулась девушка, снова чмокнув его в губы, – Я знала, что на тебя можно положиться в любом черном деле! Чао!
Комментарий к Глава 13 Дорогие мои читатели!
Эта глава полностью отдана Кире и Максу, простите, если кого-то разочаровало отсутствие шуточек и плюшек с участием футболистов. Я решила, что тема лишком серьезная и не стала ее ни с чем объединять, чтобы у вас осталось полноценное впечатление.
Впереди нас ждет еще много забавных диалогов, смешных и милых ситуаций, а сегодня предлагаю подумать о вечном) Хотя, немного юмора, конечно, есть и здесь тоже)
Спасибо всем, кто прочитал!
Печенюшек всем, кто нажимает кнопочку “мне нравится” и “жду продолжения”, а тем, кто пишет отзывы вообще сладких пироженок) В Питере прям уже сильно осень, сладкое будет кстати!
Спасибо, что вы со мной!
====== Глава 14 ======
Комментарий к Глава 14 Дорогие мои читатели!
У меня очередной повод для радости – впервые продолжения моей работы официально ждали 100 человек! Я известный любитель статистики, поэтому действительно очень впечатлилась этой цифрой. Спасибо вам большое! (сразу вспомнилось, как Ice Flower ждали примерно 10. Но зато все наперечет и всех, можно сказать, знала “в лицо”)
Возможно, это из-за того, что я зависла в разделе “ждет критики”... Но все равно приятно! Надеюсь, это никого не раздражает. Потому что эти выкупленные просмотры расходуются намного медленнее, чем я думала. Поэтому, пока будет так!
По традиции спасибо всем, кто ставит лайк и ждет продолжения, а особенно тем, кто оставляет свое мнение. Автору очень важно видеть отклик, вы же знаете)
За щит из шрамов прячешь драгоценные миры.
Я к ним упрямо иду всю жизнь и вижу те же сны.
В одной вселенной обдумываем общие мечты,
Я им поверю, только если рядом будешь…
Тысячи дней
Я искал тебя в неудачных местах.
И вот нашел, окей.
Это не значит, что я прав.
Animal ДжаZ «Тысячи дней»
Кира сидела на заднем сиденье такси, нетерпеливо постукивая пальцами по спинке впереди стоящего кресла и ежеминутно выдавая водителю ценные советы по выбору маршрута. Ей казалось, что они уже собрали абсолютно все светофоры и пробки на пути от дома Липатова до Удельного парка, который должен был у адекватного водителя занять не более пятнадцати минут.
- Ну, перестраивайтесь же! Тут два ряда налево будут поворачивать! – разочарованно воскликнула она, когда они встали в очередной затор перед станцией метро.
В бессилии как-то повлиять на скорость передвижения Кира откинулась на спинку сиденья и блуждающим взглядом посмотрела в окно. Где-то в дальнем уголке притупленного похмельем и гневом сознания мелькала здравая мысль, что надо бы поехать забрать машину с парковки стадиона, заехать домой – переодеться, привести себя в порядок, а заодно и немного остыть, а уж потом ехать на базу разбираться с малолетним папарацци. Но для этого нужно было добираться на другой конец города, терять время, а цель сейчас была так близка. Сегодняшняя ночь показала, что для нее возможно все, даже самые смелые мечты могут сбыться тогда, когда ты уже почти перестаешь ждать, поэтому решительности этим утром ей было не занимать. Девушка была заведена до предела и никакие доводы рассудка уже не могли остановить ее на пути к свершению правосудия.
У Громовой была абсолютно твердая и неизменная на протяжении многих лет позиция относительно соцсетей. Несмотря на то, что львиная доля ее работы была связана именно с социальными медиа, а возможно и благодаря этому, девушка всю жизнь стремилась находиться по другую сторону объектива фотокамер. Это было что-то вроде профессиональной деформации – по максимуму оградить свою частную жизнь от внимания общественности, избегать публичности во всем, что касается личного. Ее Инстаграм был наполнен фотографиями из командировок, путешествий, ресторанов, с медиа-тусовок и конференций, но там нельзя было встретить ни одного снимка, хотя бы отчасти проливающего свет на ее личную жизнь. Ее лицо часто мелькало в светской хронике, но позируя фотографам на мероприятиях, она четко контролировала процесс – когда, где и с кем ее могут увидеть. Она сама формировала свой социальный имидж, выпуская «в эфир» только то, что считала правильным для себя, и строго ограничивая контент. Сейчас же ее застали врасплох, нанесли удар в спину, когда она расслабилась, думая, что вокруг только свои. Поступок Миранчука девушка расценивала как самое настоящее предательство, единственным справедливым наказанием за которое была смерть, если не физическая, то, по крайней мере, социальная.