- Конечно, – улыбнулась Громова, – У нас тут раньше дача была неподалеку, в Комарово. Я все лето в заливе купалась, с двух лет.
- Вообще не представляю себе такого, – недоверчиво проговорил Денис, слегка поежившись.
- Короче, Черешня! Кончай строить из себя недотрогу и иди сюда, – не унималась Кира, сияя улыбкой и отходя на несколько шагов вглубь, – Или тебе девушка не нужна уже?
- А на суше девушку нельзя получить? – улыбнулся Черышев, не тронувшись с места.
- Нет, нельзя, – хихикала Громова, и сделала еще два шага назад, – Если дойдешь до меня, то я тебя поцелую.
- Это не честно, – вполне натурально изобразил разочарование Денис.
- Ну, как хочешь, – показательно пожала плечами Кира и, повернувшись к нему спиной, сделала еще два шага от берега.
- Ладно, – глубоко вздохнув, тихо сказал футболист, – Ты сама напросилась.
Кира успела лишь обернуться на шумный плеск воды, как почувствовала, что взлетает в воздух, моментально оказываясь у него на руках. Через пару секунд они уже были на суше, и мокрый песок после обжигающе ледяной воды залива теперь казался Черышеву почти горячим.
- Ты замерз? – тихо спросила девушка, касаясь ладонью его щеки и не отрываясь, глядя в глаза.
Денис молча смотрел на нее и лишь по прерывистому дыханию было понятно, что он действительно продрог.
- Прости, что затащила тебя в воду. Это была дурацкая шутка, – виновато улыбнулась Кира и, обхватив его руками за шею, осторожно коснулась его губ своими.
Он подался вперед, жадно впиваясь в ее губы, будто в них заключалось единственное тепло, способное сейчас отогреть его замерзшее тело. Его язык проникал в ее рот все глубже и глубже, не встречая никакого сопротивления. Скорее наоборот, она с готовностью принимала его, лаская в ответ своим, полностью отдаваясь этому поцелую.
- Простил? – спросила Кира, отстраняясь и с улыбкой вглядываясь в его помутневший взгляд.
- Нет еще, – коротко ответил он, глядя на ее раскрасневшиеся губы, и снова притянул к себе.
- Поставь меня, – тихо сказала девушка, когда он оторвался от нее, чтобы перевести дыхание.
Он послушно поставил ее на песок, и Громова сделала шаг в сторону, одергивая задравшееся платье и задумчиво глядя на поднявшиеся волны.
- Кир, чего ты боишься? – аккуратно поднимая к себе ее лицо за подбородок, спросил Денис.
- Я не за себя боюсь, за тебя, – честно ответила Кира, глядя прямо ему в глаза, – Не хочу, чтобы тебе потом было больно.
- Давай я сам о себе побеспокоюсь, хорошо? – на удивление серьезно проговорил Черышев, – Я взрослый человек, и вполне осознаю, на что иду.
- Ох, Черри, ничего ты не осознаешь. Даже маленькой доли не осознаешь,- грустно усмехнулась Громова и, не выдержав, добавила, – Я провела сегодняшнюю ночь у другого мужчины. Ты готов к такому? Хочешь быть рядом до тех пор, пока он не позвонит?
- Я не хочу об этом говорить, – низко опуская голову, сказал Денис, – Я не спрашивал тебя, где ты была вчера. И не собирался.
- Да и так понятно, чего спрашивать-то! – возмутилась девушка, – Денис, включи голову, пока не поздно.
- Уже поздно, Кирюш. Я ждал этого всю жизнь и не отступлю теперь, – вздохнул Денис, поднимая на нее лучистый взгляд, – Я чувствую, что тебе тоже не все равно. Будешь отрицать?
- Конечно, буду, – устало улыбнулась она и вздохнула, внутренне ругая его за упрямство.
- Даже не сомневался, – хмыкнул футболист, целуя ее в лоб.
- Молодые люди, закуски поданы! – донесся до них любезный голос официанта с террасы.
Ребята переглянулись и, забрав свою обувь, босиком поднялись обратно на террасу.
Усевшись за стол, Кира первым делом проверила свой телефон и тяжело вздохнула, обнаружив несколько новых комментариев от знакомых, касательно вчерашнего фото, а также новые репосты от фанатов Дениса, которые ее специалисты присылали ей перед удалением. Сообщений от новостных телеграмм-каналов и информ-агентств пока не было, видимо ребята поработали не плохо.
- «Кто-нибудь знает, что это за баба с нашей Черешенкой?», – кривляясь и передразнивая голос потенциальной фанатки, вслух прочитала Кира, – «Недолго он убивался по своей испанской подружке!», «Говорят, что это двоюродная сестра жены Дзюбы, приехала из Владика».
Денис прыснул лимонадом, чуть не подавившись.
- Ваше с Кристиной родство видно невооруженным взглядом, – рассмеялся он.
- Видимо, нам от этого уже не избавиться, да? – вздохнула Кира, – Это просто лавина какая-то.
- Скорее всего, – с улыбкой отозвался Денис, зажмуриваясь от слишком большой порции горчицы на своем холодце, – И что нам рекомендует в этом случае пиар-технология?
- Придется поддержать игру! И использовать этот инцидент во благо! – пожала плечами Громова и окликнула официанта, – Принесите сезонное меню, пожалуйста.
- Что ты задумала? – с интересом глядя на нее, спросил Черышев.
- Увидишь, – сосредоточенно просматривая яркое сезонное предложение, ответила девушка, – Вот это и вот это, пожалуйста.
Через несколько минут официант с улыбкой поставил на стол большую миску блестящей темно-бордовой черешни и красивую тарелку с куском пирога.
- Может чаю? – поинтересовался он.
- А, давайте! – возбужденно отозвалась Кира, – Черный с чабрецом.
- Это что… Вишневый пирог? – с недоумением глядя на ее заказ и довольное выражение лица, спросил Денис.
- Ага, черешневый! Будешь? – с улыбкой спросила Кира, протягивая ему вилку, – Погоди только, я сфотографирую.
Красиво расставив на столе черешню и пирог, Громова взяла Дениса за руку и положила рядом с тарелкой, чтобы их руки попадали в кадр. Щелкнув несколько раз камерой с разных сторон, она удовлетворенно вздохнула, обрабатывая лучшее фото и выкладывая в Инстаграм. Отложив телефон, она улыбнулась и отправила в рот большой кусок пирога.
- Вкусно, кстати! – воскликнула она с набитым ртом, отламывая второй кусок.
- Можно мне посмотреть? – заинтересованно протянул Денис, которого сейчас больше занимал не сам пирог, а его первоначальное предназначение.
- Конечно! Можешь даже репост сделать,- ответила Кира, увлеченно жуя очередной кусок ягодного лакомства, и протянула ему раскрытый пост.
Под, действительно, неплохо получившейся фотографией с яркими ягодами и не менее ярким десертом, дополненной романтически сплетенными мужской и женской руками, стояла незамысловатая надпись, украшенная многочисленными эмодзи в виде двух вишенок:
«Всю на свете черешню – мне!»
- Тонко, – усмехнулся Денис, возвращая телефон.
- А то! – улыбнулась девушка, и добавила, запихивая в рот сочные ягоды, – Ты будешь? А то я все съем!
====== Глава 15 ======
Сколько стоит эта ночь с тобой?
Сколько, если только я рукой?
Сколько вместе тушь и помада?
Сколько за e-mail бен Ладена?
Сколько за порезы на венах?
Сколько за “Imagine” Леннона?
Много ли за мой литр крови,
Там, где наркотики с алкоголем?
Сколько стоит первым в топах быть?
Сколько тех, кто их создал, убить?
Разрежьте же нас на интриги
Ножами разных религий.
Сколько стоит, чтобы все простить,
Чтобы снова ты могла любить?
Дайте сигарету невесте!
Сколько стоит все это вместе?
Перезагрузись, начнем сначала,
И тех, кто выжил, осталось мало.
Видишь, с нас срисованы герои
Их кинофильмов – я продал нашу историю.
СегодняНочью «Проституция»
Чемпионат мира набирал обороты, а две подряд победы сборной России заставляли даже самых закоренелых скептиков открывать ему свои сердца. Город преображался на глазах, из сурового и равнодушного наблюдателя превращаясь в эпицентр радостного карнавала единства наций и дружбы народов. Улицы наводнили приехавшие на следующий матч турнира бразильские болельщики, раскрасившие Северную столицу желто-зелеными цветами и громким южным смехом. И будто поддаваясь этому бесхитростному обаянию, петербуржцы тоже постепенно расцветали, меняя вечно угрюмые и недовольные взгляды на гостеприимные улыбки.
По мнению Громовой, Петербург был самым сложным, с точки зрения податливости любой пиар-технологии, городом. Наверное, более скептически настроенную аудиторию можно было найти разве что в Нью-Йорке или в Лондоне. То, что отлично заходило в регионах, в умы местных жителей пролезало со скрипом, проталкиваясь сквозь мрачные стены из недоверия, холодности и окутанного туманным дождем равнодушия.