Что думала сама Кристина об этой тройственной дружбе, Громова могла только догадываться. Поначалу она полагала, что девушка слишком наивна, чтобы заметить неравнодушие к ней Артёма, но со временем поняла, что та, наоборот, слишком мудра, чтобы открыто обращать на это внимание. В их семейной жизни не все было гладко уже много лет, и Крис инстинктивно схватилась за Киру, как за спасательный круг, парадоксальным образом привязывающий ее любившего погулять мужа к семейному очагу.
Артём действительно стал намного больше времени проводить дома, чаще выводил жену в свет, приглашал на мероприятия и вечеринки. Удивительным образом он умещал в своем большом сердце привязанность к двум абсолютно разным женщинам – нежной и покладистой Кристине и резкой и своенравной Кире, прекрасно чувствуя себя в их обществе, как по отдельности, так и вместе. У них с Громовой не было романа, им нечего было скрывать, поэтому он был спокоен и уверен в правильности своих поступков, находя радость уже в том, что она просто рядом. Вся нерастраченная энергия, которую раньше он направлял на других женщин и бесконечные ссоры с женой, теперь доставалась Кире. Он ругался и мирился с ней, обижался и каялся, боролся с реальными и вымышленными соперниками, заваливал ее подарками и пытался спасти от самой себя, каждый день молчаливо доказывая свою любовь и преданность.
Кира и Кристина не обсуждали эту тему, лишь раз коснувшись ее в прошлом году после скандальной истории с блондинкой, в которую, по мнению жены, Артём попал отчасти из-за вынужденного переезда в Тулу и отсутствия рядом Киры.
Громова тогда не только погасила шумиху вокруг инцидента и попавшего в сеть видео адюльтера, хотя футболист тогда находился в аренде и по протоколу попадал под юрисдикцию пиарщиков «Арсенала», но и не поленилась приехать в Тулу, чтобы попытаться уладить уничтожающий обе стороны конфликт между супругами, что ей в конечном итоге сделать все-таки удалось.
Именно тогда, изрядно захмелев от выпитого на пару с подругой «Мартини», Кристина в первый и до сих пор последний раз заговорила о роли, которую Кира играла в их семейной жизни.
- Ты наш ангел-хранитель, Кирюша. Иногда я думаю, что будет с нами, когда ты выйдешь замуж, когда у тебя родится малыш? Артём этого не вынесет, – тихо сказала девушка, вынимая из Кириных пальцев сигарету и поднося ко рту. – Я так желаю тебе счастья, от всего сердца! Но вместе с тем боюсь этого. Я ужасная эгоистка…
- Я уже сомневаюсь, что мне суждено испытать это самое счастье, – глядя стеклянными глазами куда-то перед собой, отозвалась Громова и ласково добавила. – А дружить с вами я не перестану, что бы ни происходило. Вы же моя семья. Так что брось думать глупости.
- Мне кажется, что мы вместе только благодаря тебе, – задумчиво произнесла Кристина, отходя к окну и затягиваясь сигаретой.
- Вы вместе благодаря тому, что любите друг друга, – с улыбкой ответила Кира и погладила подругу по волосам. – И тому, что ты такая умница.
Сама Кира относилась к чувствам Артёма с большим уважением и трепетом. Она его понимала, как никто другой. Девушка не могла ответить ему взаимностью, даже если бы захотела, но всеми силами старалась компенсировать ему эту «нелюбовь». Ей казалось, что этим она отдает некий кармический долг – будто чем ближе она подпустит к себе этого мужчину, тем скорее получит ответный реверанс от вселенной и сможет, наконец, дотянуться до единственного человека, который безраздельно властвовал в ее сердце.
Громова позволяла ему любить себя тем способом, который он выбирал сам. Она прощала ему то, что вряд ли простила бы кому-то еще – и вечные придирки и ссоры, и беспочвенную ревность, бесцеремонное и абсолютно бесправное вмешательство в ее личную жизнь. Девушка ни в чем ему не отказывала, хотя он особо ни о чем и не просил, точно так же, как она ни о чем не просила Липатова, в глубине души отчаянно надеясь, что и Макс ей не откажет.
Когда Кира в сопровождении Вадима и Оли возвращались вечером на спортивную базу, Громова заметно нервничала. Ей не давала покоя вчерашняя ссора с Артёмом, которая, по ее мнению, выходила за рамки обыденного. Дзюба потерял контроль, выставил напоказ то, что прятал от всех долгие месяцы и даже годы, и это не предвещало ничего хорошего.
Она не впервые ловила его на маленьких мужских радостях, и даже самой себе доподлинно не могла ответить – это было везение, ее прозорливость или он просто хотел быть пойманным. В любом случае, ей приходилось прилагать некоторые усилия для разоблачения своего любвеобильного друга. Зачастую Кире казалось, что Артём получает удовольствие от ее отповедей, но девушка не воспринимала такие мысли всерьез, заботясь лишь о том, чтобы о его шалостях не узнала общественность, а вместе с ней и жена.
В этот раз у Громовой не было сомнений в том, что Дзюба намеренно демонстрировал окружающим свое пикантное приключение, рискуя всем ради привлечения ее внимания. Это могло означать лишь одно – он воспринимает Дениса чересчур серьезно, видит в нем реальную угрозу их маленькому хрупкому миру. Кира думала, что знает Артёма очень хорошо, может предугадать любые его ходы, но такого не ожидала. У нее не было готового плана на этот случай, и это ее нервировало. Ей совершенно не хотелось, чтобы между Дзюбой и Черышевым разгорелся конфликт, который мог отразиться на результатах сборной, еще меньше она желала, чтобы о показательных выступлениях друга узнала Кристина, и уж совсем категорически ей не нравилась идея обижать Дениса, так искренне и нежно открывшем ей свое сердце.
Прогнав в голове сто один вариант развития событий, включая драку и ночь в Самарском отделении полиции, Кира вздохнула с облегчением, только когда зашла в шумный холл жилого корпуса и увидела, что Артём вместе с Денисом, Пашей и Далером, играют в настольный хоккей, причем Дзюба с Черышевым в одной команде. Как они ухитрялись играть вчетвером в игру, рассчитанную на двоих участников, было загадкой, но видимо отсутствие других развлечений заставило подойти к процессу с выдумкой.
Ребята подошли к игрокам и присоединились к группе поддержки, окружавшей участников сражения.
- Кто выигрывает? – спросила Кира у стоявшего рядом Головина.
Парень молча кивнул в сторону Свиридова и Кузяева. Но этот скромный жест не укрылся от разгоряченного Дзюбы.
- Не выигрывает, а ведет в счете! – с улыбкой поправил он девушку, со звоном отправляя крошечную шайбу в ворота соперника. – Выиграть у меня – это еще нужно постараться!
«Разговаривает, значит, не дуется. Это хорошо. Улыбается, значит, что-то задумал. Это плохо», – промелькнуло в голове у Громовой.
Игра закончилась довольно быстро, ознаменовавшись неожиданным проигрышем Черышева и Дзюбы и гневными воплями последнего, для которого любое поражение было равносильно смерти.
- Я требую реванша! – кричал зенитовец, опасно размахивая руками и метая глазами молнии.
- Легко, – улыбнулся Паша, оказавшийся на удивление опытным игроком в настольный хоккей. – Только как бы не стало еще обиднее проиграть дважды подряд.
- О, второго раза не будет, можешь быть уверен! – воскликнул Артём, показательно разминая пальцы перед битвой. – Дэн, ты готов?
Денис коротко кивнул, вставая на исходную позицию, но четвертый участник состязания не спешил разделить общего энтузиазма.
- Не, ребята, я пас, – проговорил Кузяев, почесывая затылок. – Мне еще домой надо позвонить…