– С ума сошла?! – поразилась Лиза. – Я даже ввязываться в это не буду!
– Уже ввязалась. Это ты меня подставила. Привела ко мне эту гребаную сутенершу, – процедила Ева и встала под горячую воду.
От волнения у нее стучали зубы, сердце до сих пор колотилось как бешеное.
Лиза принесла чистое полотенце и села на пол у двери.
– Вы спали?
– Спали. Он хочет продолжения. А я не хочу.
Ева не собиралась открывать всю правду о событиях этой ночи, иначе Лизка точно ей не поможет.
– И как? – полюбопытствовала Лиза.
– Что – как?
– Как переспали? Понравилось?
Не самое лучшее время, чтобы обсуждать такие вещи, но Лизкино любопытство Еве было понятно.
Она ответила, но сдержанно, без громких эпитетов:
– Всё было прилично.
– Сколько раз?
– Один.
– И всё? – разочарованно хмыкнула подруга.
– И я сбежала.
– А чего сбежала, раз прилично всё было? Зачем ты согласилась?
– Потому что меня заставили. Или думаешь, я добровольно пошла ноги раздвигать перед мужиком, которого даже ни разу не видела.
– Кто заставил? Лёва? Он так не делает…
– Стерва эта. Ви. С ее подачи. Я отсюда никуда не уйду, так и знай. Если Кир найдет меня здесь, ты тоже отхватишь, что мало не покажется. Придумай что-нибудь. Помоги мне скрыться. Пусть твой хахаль нам поможет.
Лизка принялась грызть ногти, потом одернула руку.
– Он не станет Скальскому дорогу переходить. Спятила, что ли?
– А не надо ему про Скальского говорить! Надо просто сказать, что твоя подружка тоже хочет на Карибы.
– Ева, будто ты не понимаешь, зачем я туда лечу.
– Прекрасно понимаю. И мне совершенно насрать. Я теперь тоже эскортница. Вдвоем будет веселее. Будем считать, что сегодня я начала свою карьеру. У меня ни денег, ни сотового, ни паспорта. Всё у Кира осталось.
– Мой сейчас как раз должен за мной приехать. Вообще, мы планировали еще два часа назад в клуб поехать, но у него какой-то форс-мажор. Поедешь со мной, что-нибудь придумаем. Но мне кажется, ты мне что-то недоговариваешь.
Белова сделала вид, что не слышала ее замечания. Вышла из душа, обмоталась полотенцем и взяла фен, чтобы высушить волосы.
Лиза принесла ей одежду.
– Тебе не надо этим заниматься, – все-таки сказала она. – Ты всё сможешь без мужика. Ты умная, целеустремленная, ничего не боишься. А я тупая.
– Лиза, прекрати…
– Я себя знаю. Что могу и что не могу. У меня ничего никогда не получалось. Отчим в четырнадцать лет изнасиловал, я матери рассказала, она меня из дома выгнала. Сказала, что я сама виновата. А в чем я виновата? Что он пришел в говно пьяный в мою комнату, а мать даже не проснулась? Что я кричать не могла, когда он мне свой член в рот засовывал? А мать потом сказала мне, что в рот – это не изнасилование. Он же с меня трусы не снял… – повторяла Лиза то, что Ева и так знала.
Она старалась не задевать ее в разговорах, но им не всегда удавалось говорить на одном языке. Они из разных семей, их по-разному воспитывали. У Лизы всё неблагополучно, а Ева росла в любви, была окутана теплом и лаской матери.
Когда Лиза пришла к ним домой в первый раз, думала, что всё показное. Не верила, что с мамой можно обниматься просто так. Что по маме можно скучать и дружить с ней, как с лучшим другом. Когда поняла, что всё по-настоящему, ее прорвало. Она рассказала про свою семью, и они долго рыдали. Все втроем: Лиза, Ева и Евгения Денисовна.
Ева не перестала общаться с Лизой, даже когда узнала, чем она занимается. Они уже крепко подружились к тому времени, и отталкивать ее от себя казалось предательством. На самом деле Лизка веселая и смешная, и Еве нравились ее истории про секс и мужиков. Почему бы не потрепаться, тем более ее саму это не касалось. До сегодняшнего дня.
– У меня всегда было всё через жопу. Оно и сейчас через жопу, но теперь я за это деньги получаю. Неплохие. Эти твари нас всегда используют, так пусть хоть за это платят.
– Угу, – Ева обняла ее за плечи. – Теперь не у тебя одной, Лизок. Я тоже в такой же заднице.
– Я уже нормально накопила. Потом открою салон красоты и закончу всё это, а тебе лучше не начинать. Раз переспать – это одно…
– Придумай другой способ, как мне исчезнуть.
Лиза громко вздохнула. Этот вздох означал, что другого способа нет.
***
Крупная, нервная дрожь понемногу улеглась, и теперь Еву лишь изредка потряхивало, словно от озноба. Они всего минут пятнадцать, как вошли в ночной клуб и расположились в вип-зоне, а Еву уже воротило и от Лизкиного хахаля, и от его дружка, и от красного света, бегущего по стенам.
Мужчин, с которыми ее познакомила подруга, нельзя было назвать уродами, но и приятными они не показались.