– Видимо, это он и есть. Девиз Молоха, – посмеялась Ева, поставила на стол тарелочку с пирожными и села на стул.
– Тебя это тревожит? – спросила Лиза, но звучало это не как вопрос, а как утверждение.
– Нет, – иронично отозвалась Белова, – я же всю жизнь только мечтала, чтоб в двадцать три года меня какой-нибудь мужик имел за банковскую карточку.
Лизок дожевала эклер и вздохнула.
– Давай реально рассуждать. Обычно всех имеют бесплатно. Мужики – жмоты, от них подарка не дождешься. И потом, Ева, это нормально. Как ни называй, но вы в отношениях. Ты девочка Молоха. И тебе надо выглядеть соответствующе. Странно тешить его самолюбие за свой счет.
– Наверное, ты права. Тем более, я сама на это подписалась. Теперь даже возмутиться не могу, потому что сразу знала, как всё будет. Знала – и не отказалась, – безрадостно сказала Ева, ощущая резкий прилив недовольства собой.
– Можно подумать, твой отказ что-то изменил бы, – хмыкнула Лиза. – А то мы Молоха не знаем.
– Но надо было хотя бы попытаться.
– Короче, всё, как обычно, – рассудила повеселевшая Лиза и взяла еще один эклер. – Наша хорошая девочка влюбилась в плохого мальчика.
– Ну, не прям влюбилась… – попробовала опротестовать Ева. – Я его знаю всего ничего.
– Кому это мешало! – рассмеялась подруга. – Покраснела вон сразу…
– Чувствую приближение демона, – Белова коснулась щеки тыльной стороной ладони. И правда, лицо внезапно вспыхнуло.
Звонок в дверь прервал их веселый разговор. Ева быстро глотнула из чашки и вышла из-за стола, чтобы впустить Скальского. Почему-то не сомневалась, что пожаловал именно он.
– Не открывай! Вдруг это Кир! – встрепенулась Лиза.
– Как я не открою?
– Как-нибудь. Пусть думает, что я умерла, а ты уже уехала домой. Напиши, что ты уже уехала. Он уйдет, а ты следом.
– Перестань, – мягко одернула Ева и двинулась в прихожую.
Лиза, забыв о боли, доковыляла от барной стойки до дивана.
Ева впустила Молоха в квартиру. Едва глянув на нее, он не вошел, а как-то влился, ворвался в дом вихрем, принеся с собой крепкий, чувственный аромат парфюма и кипящую энергию.
Быстрым шагом Кир пересек гостиную и застыл перед диваном, на котором, забившись в уголок, сидела Лизка.
Она глянула на него запуганным зверьком и сглотнула.
– Вам не стоило волноваться…
– Я не волнуюсь, – оборвал он ее реплику. – Волноваться будут другие. Что случилось?
– Ничего, – проронила она.
– Лиза, когда я хочу, чтобы со мной поговорили, даже немые начинают разговаривать. Не говорят только мертвые.
Лиза облизнула пересохшие губы.
– Я приболела.
– Ее избили и изнасиловали. Вот что случилось, – сказала Ева, разозлившись, что Лиза вздумала отпираться.
– Помолчи, – Кир бросил на нее быстрый взгляд и вновь посмотрел на хозяйку квартиры: – Это сделал твой клиент?
– Дружок Крюкова… – снова ответила за подругу Ева, и снова Скальский оборвал ее на полуслове:
– Ты чем-то занималась. Иди.
Ева раздраженно выдохнула и, обойдя диван, ушла в зону кухни, встала у раковины и начала чистить картошку.
– Да, – призналась Лиза почти неслышно. Взгляд ее сполз с лица Кира и уткнулся в пол. – Он меня избил и изнасиловал…
– У вас были какие-то договоренности по этому поводу? – спросил Молох обыденным тоном.
– Нет, – ответила Лиза, понимая суть его вопроса. – Я на такое не соглашаюсь.
Клиенты разные бывают, извращенцев полно. Некоторым мало просто секса, они хотя мучить и насиловать. Но о таком договариваются заранее. Это особый запрос, за который платится двойная, а то и тройная цена. Девочки предупреждены о желаниях клиента, и они знают, на что идут и сколько за это получат.
Лиза, в раннем возрасте пережившая насилие, никогда на такое не соглашалась.
– Лёве звонила? Он должен решать подобные вопросы. Если он не может, он знает, кому позвонить, чтобы решили.
– Не звонила, потому что Лёва ничего не решит, – проворчала Лиза и добавила со слезами, которые предательски заволокли глаза: – Проститутку нельзя изнасиловать… Это не был заказ. Я не была с ним как с клиентом. Он ворвался ко мне домой. После вас… Когда тот урод увез Еву, я просила его помочь, он отказался. Я бросила его и уехала домой, а он потом нагрянул… И всё вот это…