– Мамуля, как я рада, что ты дома, – Ева улыбнулась, вдыхая аромат крепкого кофе и свежеиспеченных вафель.
– Доброе утро, доченька.
– Как прошла твоя встреча?
– Замечательно, – ответила мама, накрывая на стол. – Иди умывайся, я всё расскажу.
– А почему три чашки? У нас гости?
– Да.
– Ого. Прям с утра? И кто же? – улыбнулась Ева. – Твой новый поклонник?
– Твой, – ответила Евгения Денисовна, стараясь говорить непринужденно. – Вчера Кир пригласил меня на ужин, а сегодня я позвала его на завтрак. У тебя пятнадцать минут, чтобы привести себя в порядок.
– Это с ним ты вчера встречалась? – тихо спросила Ева.
– Да.
– И ты только сейчас мне об этом говоришь?
– Когда я вчера вернулась, ты уже спала. Не стала тебя будить, – ответила Евгения Денисовна, почувствовав в настроении дочери резкую перемену.
– Я не про то, когда ты вернулась.
– Ева, я не могла сказать тебе об этом раньше, поскольку Кир попросил меня держать это в тайне. Теперь, когда мы обо всем поговорили, ты должна об этом знать.
– Обо всем? – эхом переспросила Ева.
– Да. Между нами состоялся очень откровенный разговор. Я знаю, как всё было на самом деле.
Ева молчала и некоторое время не могла вздохнуть.
– Ты ничего не спросишь? О моих впечатлениях? – осторожно поинтересовалась мама.
– Видимо, вы нашли общий язык. Что тут спрашивать, – ответила Ева резко.
– Разве тебя это не радует?
– Не таким способом. Я думала, что это будет не так.
– Его поступок о многом говорит.
– Ты совершенно права. Его поступок говорит о том, что ему плевать на мои чувства.
– Это не так.
– Но выглядит именно так.
– Я понимаю. Поверь, мы оба с ним понимаем. Кажется, что тебя предали, обидели, наплевали, задвинули твое мнение…
– Меня унизили, – резко сказала она. – Я чувствую себя унизительно. Как будто жвачку в супермаркете украла, а мою фотографию на всех столбах развесили.
– Это лучшее, что он мог сделать в вашей ситуации.
– Ага, я такая врушка, а он герой. Явился и рассказал тебе всю правду.
– Ева, я хочу лишь одного, чтобы ты была счастлива. У мамочек тоже есть свои мечты, если хочешь знать. Например, я хочу со своим зятем иметь близкие и доверительные отношения. Хочу считать его своим сыном…
– Чего? – язвительно рассмеялась Ева. – Ты не слишком торопишься? Или ты Скальского с Николашей перепутала?
– Ничего я не перепутала. Он мне ясно дал понять о своих намерениях.
– Здорово. Все вокруг всё понимают, кроме меня.
В дверь позвонили. Ева нетвердой рукой поправила волосы и махнула в сторону прихожей.
– Сынок твой пришел. Открывай, мамуля, это же ты его на завтрак пригласила, – сказав это, она быстро ушла в ванную, чтобы холодной водой смыть с лица горячую обиду.
Наверное, они оба правы. Вранье ее тяготило и мучило. Но способ, которым Кир решил избавить ее от этих мучений, оказался весьма радикальным. Почему обязательно надо было делать всё за ее спиной? Хоть бы поговорил. Сказал что-то. Нет же. Спрашивать и советоваться – это не про Молоха.
Ева немного постояла, держась за края раковины и глядя на бегущую из крана воду, потом вышла из ванной.
Она не стала отчитывать Скальского при матери. Не устраивала сцен и даже в щеку его поцеловала, как будто ничего такого не произошло, но по холодку, который застыл в ее ясных глазах, Кир понял, что буря началась.
Они позавтракали, мило беседуя. Вернее, беседовали Кир с Евгенией Денисовной, а Ева сидела отрешенно, молча пила кофе и почти ничего не ела. Своей реакцией она его не удивила. Знал, что так и будет, но это не избавило его от напряжения. Ему не нравились ее молчание и безучастный вид.
– Ты сильно занят? Можешь меня к Лизе отвезти?
– Конечно, – согласился Кир.
Он подождал, пока она соберется, и они вместе вышли из дома.
– Птичка моя, не обижайся.
– Не делай вид, что тебя заботят мои чувства, – ответила она, усаживаясь в машину.
Хотя Ева старалась говорить холодно, все чувства отражались в ее глазах.
– Они меня заботят, – ответил он. – Я знал, что тебя это заденет.
– Раз ты всё знал, можешь не извиняться.
– Так было надо. Пройдет немного времени, и ты со мной согласишься.
– Я и так с тобой согласна. Но не надо было делать этого за моей спиной. Ты должен был посоветоваться. Или хотя бы предупредить.
– Мы бы поругались.
– Мы и так ругаемся.
– Один раз. А так два раза бы поругались. Если бы я предупредщил и после встречи с мамой.
– Я даже не знаю, что конкретно ты ей рассказал.
– Я всё подал в корректной форме.