Глава 33
Эмилия
— Ох, какое несчастье! — рыдает бабушка, её голос разрывает спокойное утреннее воздух. Я выбегаю на улицу и вижу её среди соседей: лицо перекошено от страха и горя, руки дрожат, слова срываются сквозь слёзы.
— Бабушка, что случилось? Что произошло?
— Автобус… авария… Никто не выжил… Дети, бедные дети… От автобуса ничего не осталось… никого не смогли спасти…
Её слова падают тяжело, будто камни. Соседи стоят молча, бледные, потрясённые. Утро, ещё мгновение назад тихое, превращается в чёрную воронку.
— Какой автобус, бабушка? — спрашиваю я, уже чувствуя, как мороз цепляется к позвоночнику. — Ба, Давид вчера был в Сан-Ремо. Я его видела. Он сказал, что утром поедет обратно в свой город.
— Что? — голос бабушки становится пустым, как будто жизнь из него вышла.
В этот момент ей начинают звонить, но отвечаю я. На линии — её сестра.
— Давид? Он у вас?
Я закрываю рот ладонью, чтобы не закричать. Слёзы текут сами.
— Давид… — бабушка повторяет его имя, и её голос ломается. — Он погиб.
Телефон выпадает из моей руки. Я падаю на землю почти одновременно с ним.
— Девочка, выпей. Выпей молоко, успокойся, — соседка пытается поднести стакан к моим губам.
— Мне не нужно молоко! Мне нужен Давид! — кричу я так, будто горло рвётся.
Я вижу, как бабушку кладут в машину скорой помощи. Меня тоже зовут.
— Поехали с нами. Вы нужны ей рядом.
Но когда машина подъезжает к месту аварии, я прошу остановить. Выхожу. Обещаю, что вернусь.
Толпа стоит полукругом. Каждый ищет своих. Кто-то молится. Кто-то кричит. Кто-то просто стоит, онемев.
Я тоже начинаю искать. Ищу взглядом, руками, дыханием. Милиция пытается разогнать людей, но никто не слушает.
И тут я вижу его. Того самого парня, который был с Давидом той ночью.
Он лежит рядом с искорёженным автобусом. Весь в крови. Неподвижный.
Я подхожу ближе, не веря в то, что вижу. Слёзы застилают глаза, ноги дрожат. Давида нет рядом.
Парень был один.
Давида нигде не было.
Глава 34
Давид
После того как я проводил мою милую домой, она снова начинает плакать. Мы стоим у ворот, и, обняв её, я чувствую, как её трепетное сердце бьётся в такт с моим.
— Не хочу, чтобы ты уходил, — шепчет она, прижимаясь ко мне. — Боюсь, что больше не увижу тебя.
— Эми, утром мне нужно домой, но я вернусь. Теперь я знаю, где живёт твоя бабушка.
Она улыбается, но всё равно не хочет отпускать. Когда её руки наконец разжимаются, я целую её — и в этом поцелуе вся наша любовь.
— Люблю тебя, — произносим мы одновременно, уже не в первый раз.
Она заходит в дом, а я возвращаюсь туда, где мы с другом остановились на пару дней. Утром мы должны были уехать, но, выйдя из дома, я вдруг передумал.
— Ты из-за неё остаёшься, Ромео? — улыбается друг.
— Приеду завтра, Сан. Этот город мне не по душе, но здесь она. Я так скучал по ней, а вчера, увидев её, едва не сошёл с ума. Сегодня всё по-другому. Останься, и послезавтра вместе поедем.
— Нет, мне пора. Ты только девушку не обижай.
— Обижать? Да ты не знаешь, Сан, — обидеть Эмилию невозможно.
Мы попрощались, и он уехал.
Утром соседи рассказали, что автобус, в котором он ехал, попал в аварию. Никто не выжил.
Я сразу позвонил Эмилии — она не ответила. Потом телефон совсем выключился. У меня не было времени зарядить его, я схватил ключи и выбежал из дома. Приехал к ней — но дома никого. Соседи, увидев меня, начали расспрашивать, кто я. Стоило услышать моё имя, как они рассказали, что Эмилия упала в обморок, а её бабушку увезли в больницу.
Я поехал туда, но, не доезжая, остановил машину — впереди стоял тот самый разбитый автобус.
*«Почему ты не остался, Сан…»* — думал я, глядя на смятую железную груду.
И вдруг увидел Эмилию. Она металась по дороге, ища меня среди людей.
— Эмилия! — кричу. — Эми!
Она обернулась, и в ту же секунду побежала ко мне. Я тоже ускорил шаг. Когда я обнял её, она закричала — от ужаса, от облегчения.
— Почему ты не написал, не позвонил, Давид?! Я думала, ты там!
— Телефон выключился, Эми. Прости. Я хотел остаться с тобой. Как бабушка?
— Я… я совсем забыла о ней! Она в больнице!
---
**Эмилия**
Два месяца спустя мы сидели в доме бабушки. С ней всё было хорошо.
— Как так вышло, что ты остался в Сан-Ремо? — улыбнулась она.
— Спрашивайте у Эми, бабушка. Во всём виноваты женщины!