- РХ-11 все еще у тебя?
Он безуспешно силился выплюнуть кляп. Женский силуэт приблизился. Уродливые биопротезы отринули естественную форму. Ветошь. Новые хром неотличим от живой плоти. Все хитрости скрыты внутри.
Клим ощутил холод прикосновения и болезненный рывок. Он стоял, подчиняя непокорные ноги. Еще один щелчок и путы рухнули звонким бубенцом.
- Сними. И учти, ты всего лишь бонус к договору.
- Ну что ты. Я тебе должен. Прикинь, хотели убить.
Хорошо, что протез не вживили. Он протянул дорогостоящий трофей и дружелюбно улыбнулся в испещренное хромом лицо. Почудилось, что черные очи не лишены теплоты. Нет, точно почудилось.
- Пошли. Пьер ждет.
***
Он шел в ее тени. Что не поворот, то островки смерти среди крови. Коридоры объятые тишиной. Интересно, у нее есть прикрытие?
- Стоять!
Стрекот ружейной трели донесся сбоку. Брызги сочной голубизны взрывом отскочили от стены. Он рефлекторно присел и укрылся рукой.
- Серегу подстрелили. Срочно скорую и подкрепление в дурку. Меня слышно? Прием! Серегу подстрелили!
Хищник укрылся по ту сторону линии огня. Холодный взгляд двух черных точек был неподвижен. Отрывистый кивок и силуэт девушки исчез в темноте. И вот я опять по горло в дерьме.
Клим дернул ручку двери. Безуспешно. Дисплей услужливо уведомил, что больным доступ воспрещен. Ну конечно. Слух обострился во вновь повисшей тишине. Он ощутил всю тяжесть полицейской поступи. Клим судорожно осмотрел себя. Весь в белом и одно темное пятно. Жертвой или трупом?
Громовой хлопок и рядом с ногой высекло искру. Смешно. Покоробило лишь от едких пороховых ноток, что незримо повисли в воздухе.
- Черт тебя дери, сопляк. Брысь!
Дуло смотрело в лицо. Клим инстинктивно отгородился обрубком руки. Мундир скривился и сплюнул. Полицейский вновь чертыхнулся, опустил ствол и безмолвной тенью устремился в темноту.
- Долбись оно все в коня.
Вор встряхнул головой и пошел к свету. Русло темного ручья множилось и делилось по воле неровного покрытия. Островок смерти устроился под трескучим светильником. Клим поднял ствол. Спусковой крючок был будто литой. Он вложил оружие в безжизненную руку. Тот же эффект. Должно быть стрелять может только живой.
- Ну и хрен с ним!
Шокер послушно изогнул ток дугой. Одно прикосновение и труп пустился в пляс. Отрывистые судороги изрядно перекосили суровое лицо. Вор улыбнулся и от души ткнул ногой. Скучно. От этого удовольствия не получить.
- Что тут у них?
Повезло. Пожелтевший кусок древности безусловно являлся схемой больницы. Все хитросплетения коридоров были в свободном доступе. Перстом он проследил путь. Двое ушли в крыло для буйных больных. В крыло, где не было выходов.
***
Нерегулярное эхо от выстрелов было громче трофейной обуви. В коридоре не было ни души, ни тел. Ни один из светодиодов не горел. Лоскутные видения прошедшей ночи упорно лезли в голову. Он отчетливо вспомнил секс, кровь и молоко. Босс зря решил его проучить. Без головы непросто будет повторить.
- Сгинь.
Во мгле возник белесый дух. Худой, от времени седой. Чей стон негромкой дрожью скребся о хребет. Будто болезненный бред. Неуверенное движение руки, и видение скорчилось в свете электрической дуги.
- Ты сдохнешь! Тебе не уйти.
Мундир был окружен группой лиц. Безумный взгляд. Белые сорочки, покрытые бурой сыпью. Изувеченный полицейский сидел среди горы из гильз. Голосистые трели сменили редкие хлопки.
- Дурень. Беги!
Последняя трель. Пули пробили хром в голове двухметрового витязя. Клим ощутил свободу. Здоровяк рухнул у его ног. Более не было тисков у шеи. Он вновь мог втянуть воздух в грудь.
Клим посмотрел в сторону полицейского. Он не жилец. Безумцы будто мухи облепили его. Конвульсии все еще жили в теле. Скверный конец. Его будто холодной водой облило. Он бросился к двери. Лишь у нее рубиновый цвет.
- Епт.
Электрической дугой выбило сноп ослепляющих искр. Дисплей померк. Теперь железо отворилось. Бордовый след вел к окну.
- Вот ведь говно. Высоко.
Он вцепился в веревку свободной рукой. Тело с силой потянуло вниз. Кожу будто бы слизнуло огнем. Боль. И Клим отпустил. До земли лишь миг. Повезло.