— Касание, «Голиаф». Вижу голые камни. Нам встать на якорь?
— Выглядит ничуть не хуже, чем любое другое место. Продолжайте.
— Раскручиваю бурав… Кажется, входит легко… Вот было бы здорово наткнуться на нефть…
На трапе подавили вздох облегчения. Подобные нехитрые шуточки снимали напряжение, и Сингх поощрял их. С момента встречи с Кали в моральном состоянии экипажа произошла неуловимая перемена, выражающаяся в непредсказуемых колебаниях настроения: от полного уныния к мальчишескому задору «насвистывание после похорон», как для себя окрестила подобное состояние корабельный врач. Однажды она уже прописывала транквилизаторы в легком случае маниакально-депрессивных симптомов, и со временем ситуация неизбежно будет ухудшаться.
— Устанавливаю антенну… Разворачиваю радиомаяк… Как сигналы?
— Громкие и отчетливые.
— Отлично. Теперь Кали не сможет спрятаться.
Нет, конечно, не было ни малейшей опасности потерять Кали, как это неоднократно случалось в прошлом с малозаметными астероидами. Еще ни одна орбита не вычислялась с большей тщательностью, тем не менее оставались некоторые сомнения. И все же шанс избежать наковальни для молота был просто ничтожен.
Теперь гигантские радиотелескопы на Земле и обратной стороне Луны застыли в ожидании, готовые принять пульсирующие позывные радиомаяка, длящиеся ничтожные доли секунды. Пройдет более двадцати минут, прежде чем они достигнут своей цели и протянут невидимое мерило, которое определит орбиту Кали с точностью до сантиметра.
А всего через несколько секунд компьютеры Космического патруля вынесут свой приговор — жизнь или смерть; но, прежде чем об этом узнают на «Голиафе», пройдет еще почти час.
Потянулся первый период ожидания.
Проект «Космический патруль» был одним из последних детищ легендарного НАСА
конца XX века. Первоначально он имел достаточно скромное предназначение: собирать по возможности наиболее полные данные о всех астероидах и кометах, пересекающих орбиту Земли, и оценивать потенциальную угрозу со стороны некоторых из них. Название проекта, взятое из какого-то безвестного научно-фантастического романа прошлого столетия, отчасти вводило в заблуждение; критики не упускали возможности лишний раз указать, что «Космическое наблюдение» или «Космическое предостережение» подошло бы гораздо больше.
Суммарное ассигнование проекта редко превышало десять миллионов долларов в год, но на эти скромные средства к 2000 году удалось создать сеть телескопов, разбросанных по всему миру, на которых работали в основном опытные непрофессионалы. Через 61 год впечатляющее возвращение кометы Галлея стимулировало более щедрые ассигнования, а падение крупного метеора в 2079 году — к счастью, посередине Атлантики — повысило престиж Космического патруля. К концу столетия был составлен каталог, включающий более миллиона астероидов и заполненный, как полагали, на 90%. Однако его завершение оставалось под вопросом — всегда существовала вероятность появления какого-нибудь неожиданного гостя, примчавшегося из отдаленных областей Солнечной системы, не отмеченных на карте. Так и случилось с Кали, которая была обнаружена в конце 2109 года, когда она устремилась к Солнцу, миновав орбиту Сатурна.
Столкновение второе: Тунгуска, Сибирь, 1908 год
Космический айсберг вошел в атмосферу со стороны Солнца, поэтому никто не замечал его приближения до тех пор, пока небо не расколол взрыв. Через несколько секунд ударной волной повалило тайгу на площади в две тысячи квадратных километров, и самый ужасающий грохот со времен извержения Кракатау раскатился по всему земному шару.
Если бы осколок кометы задержался в своем вековом путешествии хотя бы на пару часов, взрыв мощностью в десять мегатонн стер бы с лица Земли Москву и изменил ход истории.
Это произошло 30 июня 1908 года.
Глава 3. Камни с неба
В Белом доме никогда еще не было такого скопления талантов с тех пор, как здесь обедал сам Томас Джефферсон.
Президент Джон Ф. Кеннеди (из обращения к делегации американских ученых)
Я скорее поверю в то, что два профессора-янки солгали, чем в то, что камни могут падать с неба.
Президент Томас Джефферсон (прослушав доклад о падении метеорита в Новой Англии)
Метеориты падают не на Землю. Они падают на Солнце, а по пути достаются Земле.
Джон У. Кэмпбелл
Еще в древности хорошо было известно, что камни действительно могут падать с неба, хотя, наверное, и существовали разногласия по поводу того, какие именно боги их сбрасывают. И не только камни, но и драгоценный металл
— железо. До изобретения плавки метеориты служили основным источником этого ценного элемента. Неудивительно, что они почитались священными и зачастую становились объектами поклонения.
Но наиболее просвещенные умы XVIII века, «эпохи разума», не были так наивны, чтобы верить во всякий суеверный вздор. И действительно, Французская академия приняла резолюцию, разъясняющую вполне земную природу метеоритов. Если же вам показалось, что какие-то из них упали с неба, это потому, что они являются результатом удара молнии — совершенно понятная ошибка. А посему хранители музеев Европы выбросили никчемные камни, терпеливо собранные их невежественными предшественниками.
И тут, по иронии судьбы — одной из самых восхитительных в истории науки — как раз через несколько лет после заявления Французской академии недалеко от Парижа в присутствии непогрешимых свидетелей прошел сильный метеоритный дождь. Академия была вынуждена опубликовать поспешное опровержение.
Даже после этого случая и вплоть до начала космической эры значимость и потенциальная важность метеоритов не признавались. Десятилетиями ученые подвергали сомнению — и даже отрицали — их причастность к некоторым основным земным формированиям. Почти невероятно, но факт: на дворе давно уже был XX век, а некоторые геологи все еще полагали, что знаменитый Аризонский метеоритный кратер получил свое название по ошибке, и доказывали его вулканическое происхождение! Спор был окончательно разрешен лишь тогда, когда благодаря космическим зондам стало ясно, что Луна и большинство более мелких небесных тел Солнечной системы веками подвергались бомбардировке из космоса.