- Я смотрю, Спартак, ты заговорил нашим языком.
- Перестань, я серьезно, - следователь положил сигарету на край пепельницы. - Я уже видел этих ребят. Они не любят шутить.
- Вот именно, - ученый хлопнул себя по коленке. - Вот именно, поэтому нам стоит их опередить. Хоть какой-то козырь будет.
- А этот свиток? - Спартак похлопал себя по внутреннему карману пиджака.
- Кстати, о свитке, - серьезно заговорил Марк. - Я думаю, это часть ключа. А вторая часть - Карта Розы, если нам удастся найти и ее, - Варшавский томно подкатил глаза к потолку. Варшавский снова наполнил рюмки.
- Давай сегодня просто будем пить, - предложил он. - Завтра поговорим!
Спартак задумался на мгновение и, в знак согласия осушил свою стопку до дна....
Спартак открыл глаза. В ушах стоял неприятный, монотонный звук, от будильника на мобильном телефоне. Затылок распух от тяжести. Подвел "Старый мельник", после водки Варшавский решил все заглянцевать двумя бутылками пива. Веки медленно поднялись. Свет в окне болью отозвался в каждой нервной клеточке. Спартак нащупал графин с водой и принялся искать стакан. Выпив добрую половину графина, он сел на краю постели. В глазах мелькали алые и зеленые пятна.
Вчерашний разговор с Варшавским постепенно всплывал в памяти следователя. Перед глазами Столбова вставали туманные фигуры средневековых рыцарей, отзвуки сражений и запах гари костров инквизиции.
Трель телефона динамитов взорвала голову.
- Слушаю, - не совсем уверенным голосом промолвил Спартак.
- Алло, старик, это я, - голос Варшавского был заметно возбужденным. - Ты как там, живой?
- Держусь, - ответил следователь. - Ты сам как?
- Если бы не тетя Роза, я бы умер, не приходя в сознание.
- Жаль, что у меня нет такой тети, - вздохнул Столбов.
- Могу поделиться, - рассеялся ученый.
- Спасибо, я уж как-нибудь сам справлюсь.
Варшавский рассмеялся еще громче.
- Слышала бы нас сейчас моя дорогая тетушка! У меня есть две новости: одна -хорошая, другая - плохая, с какой начать?
- Давай, с плохой, - рухнувшим голосом промолвил Столбов.
- Я успел навести кое-какие справки, Карта Розы пропала в восемнадцатом веке в Лондоне.
- А какая хорошая?
- Хорошая, старик в том, что она снова всплыла в России и упоминается в архиве Якова Брюса! Брюс, якобы, намеренно вступил в масонскую ложу, чтобы отыскать карту. Ему удалось подкупить за баснословные деньги одного голландского банкира и заполучить карту. Но вот беда, карта розы была бесполезная без манускрипта, который вы мне вчера показали. Это две части одного целого.
Спартак старался не позволить своим мыслям разбежаться в стороны.
- Мне надо съездить в институт, - продолжал Варшавский. - Хочу написать заявления об отпуске за свой счет, а потом давай встретимся и пообедаем, ок?
- Какое заявление? - не понял Столбов.
- Старик, ты что забыл? Мы же решили отыскать молот вместе!
- Мы решили? - Спартак усмехнулся.
- Да брось ты, Спартак! - Варшавский обиженно засопел в трубку. - Я тебе перезвоню.
Как только он нажал кнопку мобильного, телефон зазвонил снова. Спартак узнал номер своего рабочего телефона.
- Слушаю.
- Спартак ты где? - следователь узнал голос Пархоменко.
- В отпуске, - бросил Столбов.
- Ну ты даешь, прихожу утром, тебя нет, старик бесится, когда появишься?
- Сегодня вряд ли, - разминая затекшую шею, промолвил Спартак.
- Да ты что, с ума сошел! Стрельников тебя со свету сживет. Он мне поручил дело Воропаевых, а ты даже не передал мне его.
- Оно лежит на моем столе, там же и сопроводительная, - сообщил Столбов.
- Да вижу я, вижу! - Пархоменко понизил голос до шепота. - Слушай, папочка, я не знаю, что ты натворил, утром к старику заходил один экспонат в штатском, похоже из "конторы". Просидел у него часа полтора. А потом Стрельников принялся срочно тебя разыскивать.
- Спасибо, дружище, все давай, не могу говорить!
Столбов не дослушав Пархоменко отключил телефон. Он достал сим-карту и батарейку. Открыв окно, Спартак вышвырнул телефон куда подальше. Стрелки часов показывали половину восьмого. Похмельная тошнота сменилась жутким чувством голода. Столбов накинул халат и побрел в ванную. Контрастный душ привел его в чувство. Побрившись, Спартак посмотрел в зеркало. На него глядело слегка изможденное лицо.
- Прорвемся, танки грязи не боятся, - этой фразой его отец приучил к стойкости и упорству в преодолении жизненных препятствий.
Столбов спустился в ресторан и перекусил яичницей с оливками и сыром. Запив все это черным крепким кофе, следователь вновь ощутил прилив жизненных сил. Выкурив сигарету на террасе, Столбов вернулся в номер. Еще в коридоре он услышал трель разрывающегося телефона. Пока он открывал дверь пластиковой карточкой, телефон замолк.