- Да, ты права, друг мой канцелярский, - снимая мундир, согласился Иван Иванович.
Он со всей силы тряхнул мундир перед лицом Сашки. Несколько клубов пыли вперемежку с нафталином взвилось к потолку.
- Сойдет, - сам себе сообщил сыщик. - Прикрою саблей дырочку, вот и не будет видно.
- Оно, конечно-с, верно, Иван Иванович,- согласился Сашка. - Лишь бы конфуза не случилось, как с судьей Капковым.
Зимин подошел к столу, на котором стоял тазик и большой кувшин. Он взял безопасную бритву "Авто-строп", подаренную одной особой, которой сыщик помог разыскать украденные ценности, внимательно осмотрел лезвие.
- Да, право, конфуз был!
Действительно, в прошлом году, на именины государя императора, мировой судья Капков так напился водки с городским приставом Рыжухиным, что не помнил себя совершенно. А утром он пришел в суд в одном исподнем. Никто не заметил, как Капков прошел в зал заседаний и уснул за столом. Когда в зале стали собираться истцы и ответчики, Капков неожиданно проснулся и принялся стучать молотком по столу, крича в адрес одной дамы из дворянского собрания непотребности.
Зимин намылил лицо и принялся бриться, напевая "Амурские волны". Наконец, сыщик умылся, расчесал свои черные, закрученные кверху усы.
- Ну, господи, помоги.
Зимин еле-еле влез в мундир, застегнул пуговицы с двуглавым орлом, надел портупею и приладил саблю. Сашка протянул форменную фуражку.
- Сашка, просмотри циркуляры, - наказывал Зимин. - Если придет старший околоточный Квасов, отдай ему ориентировки на бомбистов, пусть покажет остальным. Ежели придет вдова Андреева, по краже из доходного дома, скажи, что я буду к вечеру.
Апрель всплакнул серым дождем. Улицы города бросались в прохожих грязью и пронизывающим ветром. Извозчики уныло погоняли своих лошадок. Чиновники нехотя тянулись на службу, прикрывая лицо от порывистого ветра, высокими воротниками зеленых сюртуков.
Городское полицейское управление располагалось в центре города, недалеко от набережной. У пристани белело два парохода Волжской транспортной концессии Калягина. Суда готовились к началу навигации. Матросы неторопливо бродили по пароходу, снимая брезент, которым была укрыта верхняя палуба.
Возле управления было довольно многолюдно. Водитель единственного в городе автомобиля "______" с деловитым видом постукивал по литым резиновым колесам, прислушиваясь к глухому отзвуку в деревянных спицах. Это была автомашина хозяина "Волжского банка" господина Исаака Лейбовича Борщевского. О его жадности складывали легенды. Поговаривали, что он купил автомобиль по указанию другого богатого еврея из Екатеринбурга, а доселе, из-за своей скупости, пользовался старой коляской и не менее старой клячей, которую гимназисты окрестили Росинант. Авто было куплено год назад в Северо- Американских Штатах и долгое время служило предметом гордости всего уездного города. "Форд" стоял у банка и жители изменили привычный маршрут своих воскресных прогулок - от церкви святых мучеников Бориса и Глеба до пристани, теперь они сворачивали к банку, чтобы важно пройти мимо автомобиля и, цокая языком, поговорить о последних новостях автомобильного рынка. Которые, кстати, они черпали из "Ведомостей" и "Нивы".
Зимин толкнул тяжелые деревянные двери и вошел внутрь. Сыскной стол располагался на втором этаже полицейского управления. Здесь всегда царил хаос и беспорядок. Но это было лишь для непосвященного глаза. Он прочитал, пришпиленный к стене циркуляр: "Легковой извозчик , ежели слез с козел - штрафу 10 рублей", "Оказал ослушание полиции - штрафу 25 рублей", "Слез с козел и толпился на тротуаре", "Халат рваный - штрафу 5 рублей", "Произнес неуместное замечание - штрафу 15 рублей"
Далее, за первым циркуляром следовал второй: "Во всех распивочных строго запрещено вешать занавески для удобства полицейского надзора и сдавать отдельные кабинеты лицам дворянского звания"...
Зимин открыл дверь начальника сыска. Гвоздев сидел за небольшим столом и смрадно дымил.
- Ваше благородие, позвольте войти?
- А, дорогой Иван Иванович, - Гвоздев встал из-за стола и пожал руку сыщику. - Заходи, какими судьбами?
- Фон Гольбах вызвал.
- Господин исправник? - удивился начальник сыскного стола, выдыхая сизый клуб папиросного дыма. - Мне ничего не докладывали.
Гвоздев был старый сыщик. На его левой руке не хватало трех пальцев. Он потерял их пять лет назад, обезвреживая банду социалистов вместе с охранным отделением города.
-Как у тебя на участке, Иван Иванович, спокойно?
- У меня всегда спокойно, Трифон Кузьмич, - улыбнулся Зимин. - Агентура работает, городовые и околоточные не пьют. В общем, тишь и благодать, ваше благородие.