- Господин Зимин, мы рады-с видеть вас у нас, изволите присесть?
Иван Иванович, несмотря на свое положение, никогда не позволял себе запускать руку в чужой карман. У него были свои принципы, которым он никогда не изменял. И все знали об этом. Сначала в полиции к этому относились с подозрением: мол, если он не берет - значит уже набрался вдоволь, или, еще того хуже, осведомитель. И ведь неспроста - все - городовые, околоточные, приставы, квартальные - все крутились как могли. Вот, например, привезет купец на базар рыбу, квартальный тут как тут - давай-ка брат, отвали мне голов пять своих осетров. Открывает бакалейщик лавку рано утром- а городовой уже рядом -усы крутит.
- Подыщи-ка нам, брат, местечко потише, -попросил Зимин.- Чтобы ушей не было посторонних.
- Сию минуту-с, - улыбнулся половой.
Он провел гостей в небольшую комнату. Зимин вспомнил, как он приходил сюда по делу о драке студентов с городовыми 12 января. Тогда студенты праздновали свой день, и как всегда, перепились до нечеловеческого состояния. А рядом, отмечал свой день ангела городовой Михаил Щеколдин. Вот тогда-то горячая кровь и заиграла в жилах студентов. Драка началась немедленно и затянула собой весь трактир. Досталось и половым и гостям. Поговаривали, что получил зуботычину родной брат председателя дворянского собрания города.
Зимин быстро установил виновных. Их нашли на следующее утро блюющими в канаву неподалеку от гостиницы "Волга". Всех повязали и доставили в участок. Через два дня приехали сердобольные родители и, заплатив за ущерб, и еще кое- что, забрали своих чад восвояси.
- Что изволите кушать? - половой не имел с собой ни карандаша ни клочка бумаги.
Все запоминал с первого раза. Бывало помнил заказ на двенадцать персон к ряду.
- Подай селянку, свинину с гречневой кашей, капусту, блинов давай, морс холодный, и чекушку водки.
- Сию минуту-с.
Половой исчез и уже через пять минут ловко расставил на столе ароматные и горячие яства. Ванька хлопал глазами, не переставая шмыгать носом.
- Ну что, Ванька, налетай!
Беспризорника не надо было долго уговаривать. Он схватил кусок черного хлеба и принялся с жадностью хлебать селянку, обжигая язык и небо.
Зимин налил себе водки и залпом выпил рюмку, закусив квашеной капустой. Ванька продолжал уплетать снедь со скоростью паровоза. Половой, глядя на эту картину, несколько раз покачал головой.
Через десять минут на столе ровным счетом ничего не было. Мальчишка громко рыгнул и развязал бечевку, поддерживающую его рваные штаны.
- Да бог тебе здоровья, господин хороший, - с трудом вымолвил Ванька, с благодарностью глядя на Зимина.
Тот снова налил водки и выпил.
- Ну скажи мне, брат Ванька, кого ты видел третьего дня? - дождавшись, пока мальчуган отдышится, спросил сыщик.
Глаза Ваньки вновь испуганно скосились в сторону. "Сейчас начнет изворачиваться," - решил Зимин и, не дожидаясь, пока постреленок начнет врать, добавил:
- И еще послушай меня, Ванька, мне нет оказии тебя упрятывать в холодную, если ты расскажешь мне про того господина и мальчика. Сам посуди, какой мне от этого будет профит? Никакого! Только морока. А потом тебя заберут, отмоют, да отправят в приют, а там ой как несладко - харч постный, решетки, что в тюрьме, да и жизнь несладкая.
Ванька живо представил себе эту картину и поморщился. Ему ой как не хотелось оказаться в приюте.
- А, ежели мне все расскажешь как на духу, я тебе дам трешку ассигнацией и получишь мою всецелую поддержку и защиту.
Мальчуган стал соображать, куда клонит Зимин.
- Я на своих доносить не стану, ваше благородие, господин хороший, лучше в острог, - затрещал Ванька и на его глаза навернулись слезы.
Сыщик усмехнулся:
- А я тебя и не прошу наушничать на дружков твоих, таких у меня целая подвода и тележка.
Мальчик вытаращил на Зимина глаза. Сейчас, здесь рушились все его романтические представления о романтике воровского мира.
- Ты ври, да не завирайся, ваше благородие, - подмигнул Ванька. - Наши не станут продавать своих.
Зимин аккуратно промокнул губы салфеткой:
- Вот, например, твои дружки украли у купца Селиванова портсигар золотой и продали его цыганке Софье Золотаревой, кажется, на прошлой неделе. Верно?
У Ваньки расширились глаза. Он с трудом перевел дыхание.
- Неужто наши...
- Твои, твои. Откуда бы я знал?
- Фу ты, господи, продажные...
- Тихо, тихо, не стоит здесь ругаться, - остановил его Зимин. - Ну так как?
Мальчишка вытер рот рукавом.