- Премного благодарен, - Иван Иванович уселся за стол, положив на скатерть свои тяжелые кулаки.
- Простите, сударыня, ваш супруг сейчас отсутствует?
- Он на службе. Саша служит в аптеке Мюллера, на Котельной улице, скоро должен прибыть.
Зимин продолжал изучать обстановку.
- Скажите, любезный Иван Иванович, - надломленным голосом прошептала женщина. - Мишеньки уже нет в живых?
Женщина достала платок и сжала его в руке.
- Простите меня, сударыня, - промолвил Зимин. - Я бы не стал пока предполагать ничего плохого.
Кухарка занесла поднос с двумя маленькими фарфоровыми чашечками, наполненными ароматным кофе. Она поставила поднос и удалилась. Сыщик сделал небольшой глоток и поставил чашку на тонкое блюдце.
- Отличный кофе, сударыня.
- Можете курить, Иван Иванович.
Женщина придвинула бронзовую пепельницу. Зимин достал пачку папирос "Бар". Чиркнув спичкой, сыщик закурил.
- У меня есть несколько вопросов к вам и вашему супругу, Агафья Федоровна, - выпустив струю дыма в потолок, сказал Зимин.
- Спрашивайте, господин Зимин.
- Расскажите, как можно подробней, все детали того вечера, когда пропал Миша. Важны любые мелочи, сударыня, даже, если они вам покажутся нелепыми.
Зимин приготовил карандаш и достал несколько листов бумаги. прихваченных с участка.
- Это было воскресенье. Мы утром были в церкви, а когда вернулись Мария подала обед. Мишенька отобедал с нами в столовой и сказал, что пойдет погулять с соседскими ребятами. Погода, вы помните, была солнечная. Я сказала, чтобы он надел шинель, дабы не простыть. Саша, мой муж, лег поспать после трапезы. Они обычно играют в "бабки" во дворе, или бегают на голубятню к Сашке рябому. Все было как обычно. Я слышала их крики, а потом тоже прилегла. Когда я проснулась, детей не было слышно. Часы пробили шесть вечера. Миша всегда возвращался не позже пяти. Саша вышел во двор, но там никого не было. Мы подождали еще час. Совсем стемнело. Тогда я пошла к Степаниде.
- Кто это?
- Это мать Гришки Островского- с кем Миша всегда играл.
Зимин сделал пометку.
- Где живет, из какого сословия?
- Она живет на слободе, господин Зимин, гадает на картах и стирает белье.
- Продолжайте.
- Гришка уже был дома и сообщил, что они разошлись около четырех часов. Господи, - снова заплакала женщина. - Господи, дай мне сил не сойти с ума.
- Сударыня, простите меня великодушно, - сыщик говорил твердым голосом. - Я сделаю все возможное, чтобы найти вашего сына. Кстати, у вас еще есть дети?
- Да, старшая дочь и сын - он на год младше Миши, они сейчас уехали в моей тетке в Кисловодск. У Анечки проблемы с легкими, вот доктор посоветовал отправить ее на Кавказ. А Миша в гимназию пошел в первый класс - ему учиться надо.
- И что было дальше?
- Я спросила, где они сегодня играли, Гришка сказал, что сначала в "бабки" во дворе, а потом пошли печь картошку за каланчу.
- Сударыня, с ними был еще кто-нибудь?
- Да, Митька Митрофанов, докторов сын.
- А вы, сударыня, с ним разговаривали?
- Да, муж звонил им по телефону, у него есть телефон, его часто вызывают в больницу для срочных операций.
- А откуда звонил ваш муж, сударыня?
- Мадам Куприянова месяц назад поставила аппарат в передней, правда она увеличила квартирную плату, но для жильцов полное удобство.
Зимин в темноте не разглядел телефонный аппарат.
- И что вы узнали?
- Митька сказал тоже самое, - всхлипнула бедная женщина.
Вдруг, она в упор посмотрела на сыщика.
- Господи, - она закрыла рот ладонями.- Господи, боже мой, я только сейчас поняла.
Зимин настороженно замер, перестав записывать.
- Что случилось?
- Тогда мне показалось кое-что, господин Зимин, но я не обратила внимания, но сейчас...
- Что вам показалось подозрительным, сударыня?
- Мне кажется, они все лгали мне.
- Почему?- Не знаю, право. Все время в душе ощущение присутствия чего-то грязного и мерзкого.
Зимин почему-то тоже ощущал в этом деле странности, которые сейчас он не мог объяснить даже сам себе.
- У вас есть фотокарточка Миши? - спросил он.
- Да, мы как раз две недели назад были в салоне Разумовского. Женщина подошла к шкафу и нашла большой альбом в бархатном переплете. Она открыла последнюю страницу и вытащила фотокарточку сына. Мальчик был одет в матросскую форму. Он стоял, облокотившись на бутафорский штурвал пиратского судна.
- Если вы не возражаете, я пересниму ее и верну.
- Извольте, господин Зимин.
В передней послышался звук открываемого замка.
- Это мой муж вернулся, - она встала из-за стола. - Я должна его встретить, прошу меня простить.
Женщина вышла. Зимин остался один, слушая монотонное тиканье настенных "Павел Буре". Вскоре в комнату вошла Агафья, следом невысокий мужчина с клиновидной бородкой. Он был невысокого роста. Как только мужчина протянул руку Зимину, сыщик ощутил резкий запах лекарств.