А успешность действия определялась с помощью броска костей. Келвин как раз достал из кармана две стальные квадратные кости, почти отполированные в зеркало от множества прикосновений.
Разумеется, всё нужно продумывать совместно, но так, чтобы враг это не понял. Потому что он тоже видит, куда и как ходит команда. Ведь в бою все перемещения ригг видны для всех, огромные машины возвышаются над полем, а радары показывали, если кто-то пытался спрятать машину.
Мой брат эту игру не любил, она для него была слишком абстрактной. Но всегда соглашался, когда я его звал.
— Хорошо, — произнёс я. — Участвуем. Нужно только команда. Ты со мной?
Я посмотрел на Громову. Она немного удивилась, и только я подумал, что откажет, как она кивнула.
— Ну давай, покажем им, — сказала она с лёгкой азартной улыбкой. — Нужно ещё двоих. Я приведу.
Не знал, что она такая азартная. Да и если честно, будущую императрицу я знал всё ещё так себе. Знаю о её родословной и способностях, но что это за человек, пока ещё не понял.
— Ребята, кто-нибудь сыграет с нами? — Келвин крикнул в сторону шагохода. — Нужно ещё трое!
Пока он договаривался с командой, я отошёл к упавшей лестнице. Да, приварена она так себе. Но всё же интересно, она отломилась под его весом? Но парень слишком худой для этого. Плохая работа… или всё же диверсия, ведь Келвин — наследник Хитланда?
Нет, я не настолько опытный сварщик, чтобы сказать, что это лопнули швы или всё же кто-то подпилил их. А Рэгвард даже ничего не заподозрил.
— Вот и моя команда, — представил Келвин и первым показал на курчавого парня. — Вот Франко Нумер, он из Мидлии. Учится почти рядом с домом.
— Привет! — курчавый поднял руку.
— Вот это Жан Аристид, — он показал на загорелого блондина. Хотя нет, это у него волосы выгорели от солнца. Житель пустыни, причём не коренной житель, они более тёмные. — Он из Инфиналии. А вот там его сестра-близнец Лина, но она не хочет участвовать. Её кота ты уже видел.
Он показал на девушку, тоже тёмную от загара и с почти такими же выцветшими волосами. Она держала на коленях полосатого кота.
— А вот его ты должен знать. Ещё один близнец в команде.
К нам подошла мрачная копия Валентина, его брат. Одет иначе, другая причёска, выражение лица отличалось. Но всё равно сходство такое, что невозможно их не перепутать.
— Павел Климов, — представил его Келвин. — Хороший пилот, кстати, лучший в нашем классе, а до вашего с Марком появления был лучшим в академии. Тянет нашу команду из высокородных бездарей.
— Мы тут все наследники, — пояснил загорелый.
— Три Великих Дома? — уточнил я. — В одном экипаже?
— Ага. Почти половина всех наследников, — Келвин усмехнулся.
— Технически, половина и есть, — сказал курчавый парень поучающим тоном. — Потому что Алексей Варга уже не наследник, а Адам… ладно, не хотел. Да и Анита же вместо него.
Три наследника здесь. Надо бы иногда посматривать за их машиной, чтобы никто и ничего в ней не подкрутил. Ещё одна наследница, Анита с нами, я даже забыл, что она вместо погибшего брата. Но она под присмотром.
Ещё один наследник отдыхал в больнице, а другого я не знал, и даже не помнил, чтобы кто-то мне его показывал. И ещё был Ван Чен из Дома Чен, но он и класс его будущих вассалов держались в стороне ото всех.
Восемь Великих Домов и восемь возможных целей. Всё-таки хорошо, что все учатся в одном месте и дружат. Когда станут править сами, может быть, смогут добиваться всего без войн.
— Нашла, — объявила подошедшая ко мне Катерина. — Марк согласился сразу, Янек не хотел, но я его уговорила.
— Ого, а как ты смогла? — удивился я. — Он же от тебя держится подальше с первого дня вашего знакомства.
— Хочет покрасоваться перед Анитой, — шепнула она с улыбкой. — Я попросила её, а он перед ней устоять не смог.
— И какие правила? — спросил Марк, оглядывая всех. Явно чувствовал себя неуютно в компании дворян.
Келвин коротко объяснил.
— Ну давайте попробуем, — Марк запахнул куртку плотнее. — Только холодно здесь, давайте где-нибудь в другом месте.
Собрались в действующем спортивном зале. Тут уже включили отопление, так что тепло. Пахло краской. Сине-зелёный деревянный пол скрипел под подошвами сменной обуви, которую пришлось надеть. Келвин сам расчертил поле мелом и нанёс обозначения.