Большая часть людей осталась в развалинах зданий. Они кричали. К ним поплелись остальные. Шарпс застыл, ошеломленный. Он тоже хотел помочь, но ноги не повиновались ему.
В небе клубились тучи. Они мчались, образуя мгновенно меняющиеся причудливые узоры, и походили на стремительные потеки чернил. Свет солнца еще пробивался сквозь них, но был гораздо тусклее сверкания беспрестанно вспыхивающих молний.
Не веря своим ушам, Чарльз услышал детский плач. Затем кто-то позвал его.
– Док! Шарпс! Помогите!
Это был Эл Мастерсон, уборщик из корпуса, где работал планетолог. Вместе с ним оказались еще двое спасшихся. Они сгрудились возле многоместного пикапа, который уткнулся в бок зеленому «линкольну». Машина кренилась под углом сорок пять градусов: два колеса стояли на мостовой, другие два повисли в воздухе. В салоне плакали дети.
– Сэр, пожалуйста, скорей! – заорал Мастерсон.
Его крик помог преодолеть оцепенение. Чарли бегом бросился на помощь. Он и Эл вместе с остальными мужчинами навалились на автомобиль. Они старались изо всех сил, и наконец легковушка приняла нормальное положение. Мастерсон распахнул дверцу. Оттуда выглянули двое рыдающих, совсем маленьких детей. Их щеки вымокли от слез. Рядом с ними сидела Джун – жена Эла. Она не плакала.
– Они в порядке, – сказала она. – Я ведь говорила тебе…
Автомобиль оказался загружен под завязку. Еда, вода, канистры с горючим – до самого багажника. Одежда, оружие, боеприпасы, спасательное снаряжение и чудом втиснутые в машину дети, закутанные в шерстяные пледы.
Мастерсон объяснял каждому, кто соглашался слушать:
– Я ведь слышал, как вы говорили, что Молот может ударить…
В уголке сознания Шарпса что-то хихикнуло. Эл – уборщик. Он был в курсе событий, и, разумеется, не верил, что вероятность столкновения очень мала. Поэтому подготовился. Он хотел выжить, и родные ждали его на парковке – так, на всякий случай.
А ведь мы действительно знали слишком много, но не тревожились.
Да… семья.
– Что делать, док? – спросил Мастерсон.
– Не знаю. – И Чарльз обернулся к Форрестеру.
Приземистый и толстый астрофизик не смог помочь им выровнять машину, а сейчас полностью погрузился в свои размышления, и ни на что не реагировал.
– Наверное, нужно помочь тем, кто выжил… но потом я хочу попасть домой! – произнес Шарпс.
– Я тоже! – раздался хор голосов.
– И мы должны держаться вместе, – добавил ученый. – Не так-то и много людей, на которых можно положиться.
– Караван, – заявил Мастерсон. – Мы возьмем тачки и отправимся за нашими близкими. Идет?..
Выяснилось, что они живут далеко друг от друга: кроме Шарпса и еще двоих уцелевших после землетрясения, чьи дома находились в Ла-Канаде. Другие адреса были разбросаны на изрядном расстоянии – от Бербанка до Канога-Парка в долине Сан-Фернандо.
Некоторые люди затравленно переглядывались.
– Никуда я не поеду, – вдруг выпалил Дэн. – Надо обязательно выждать.
Остальные кивнули. Все всё понимали.
– Четыреста миль в час, – сказал Хэл Крейн: еще совсем недавно он был геологом.
– Больше, – возразил Форрестер. – Цунами появится примерно через пятьдесят минут после падения Молота. Ага… значит, срок таков… меньше получаса.
– Нельзя просто стоять здесь! – надсадно закричал Крейн.
Ему вторили остальные. Они уже не слышали собственных голосов.
Начался дождь. Хотя нет… Шарпсу сделалось страшно, когда он увидел запрыгавшие по асфальту шарики – твердые и сухие снаружи, с размягченной сердцевиной! Они громко барабанили по искореженным крышам автомобилей. Грязевой град. Люди кинулись искать себе убежище – в неповрежденных машинах, под капотами, в развалинах…
– Тина? – воскликнул Чарльз.
– Да. Мне следовало догадаться, – буркнул Форрестер. – И соленая грязь. С морского дна. Ее выбросило в атмосферу и…
Необычный град утих, и все стали покидать убежища. Шарпс почувствовал себя лучше.
– Те, кто живет слишком далеко, пусть спустятся вниз и помогут раненым. Остальные поедут за своими семьями. Караваном. Мы вернемся сюда, если у нас получится. Дэн, куда нам следует отправиться?
Астрофизик с несчастным видом пожал плечами.
– На север. Где нет низменностей. А такой вот дождь… он может лить месяцами. Речные долины, наверное, заполнятся водой. В бассейне реки Лос-Анджелес будет небезопасно. Будут и другие толчки… после первого землетрясения…
– А сейчас куда? – настаивал планетолог.
– Конечный пункт – Мохаве. – Форрестер не позволял себя торопить. – Но не надо ехать туда сразу. Сейчас в пустыне ничего не растет. Со временем…