– Не в тачке дело. – Голос Тима дрогнул от негодования. – За горючее, масло и домкрат он содрал пятьдесят штук! – Он не выдержал и рассмеялся. – И за трос. Хорошо, что у него нашелся запасной. Интересно, сам он куда собрался?
Хэнкок промолчала. Автомобиль перевалил через вершину холма и, вписываясь в поворот, покатил вниз. Домов здесь не было. Дорога утопала в грязи, Эйлин включила полный привод.
– Никогда не водила такую тачку.
– Я тоже. Хочешь, сменю тебя?
– Нет.
Подножие холма превратилось в болото. Сначала вода доходила до осей, потом поднялась до дверей, и девушка дала задний ход. Она аккуратно съехала с дороги на идущую вдоль нее насыпь. Автомобиль накренился влево, к бурлящей черной жиже, однако продолжал ехать – медленно, осторожно. Свет фары-прожектора, намертво прикрепленной к крыше, выхватывал из темноты развалины новеньких частных домиков и кондоминиумов, но Эйлин особо к ним не приглядывалась.
То тут, то там мелькали редкие огни фонарей, и Тим пожалел, что не купил у Гарри заодно и фонарик.
Они двигались в объезд долины, часто оставаясь чуть выше воды, и, наконец, снова отыскали более-менее «цивилизованный» проезд. Эйлин переключила передачу.
Дорога, петляя, уходила в горы. «Блейзер» промчался мимо брошенных в спешке автомобилей.
Какой-то мужчина голый по пояс выскочил на трассу и замахал одной рукой, требуя остановиться, – в другой он сжимал пистолет. Эйлин ринулась прямо на него, заставив в испуге отскочить, и прибавила скорость.
Грянули выстрелы, что-то зазвенело. Тим обернулся и недоуменно уставился на звездообразную дыру, пробившую стекло. Затем посмотрел на выходное отверстие, под углом прошившее крышу. Дождь тут же промочил сиденье.
Эйлин отчаянно гнала: не тормозя, она с ревом проехала поворот, и у Хамнера возникло ощущение полета: «Блейзер» опасно занесло. Девушка ухитрилась удержать автомобиль, на следующем повороте притормозила, и опять прибавила скорость.
Тим попытался рассмеяться:
– Моя новая тачка!
– Заткнись. – Она пригнулась к рулю.
– Ты в порядке?
– Нет.
– Эйлин!
– Я не ранена. Мне страшно. И меня трясет.
– Меня тоже, – сказал он, хотя в действительности его захлестнула волна облегчения.
На один крошечный миг ему показалось, что ее ранили. (Ничего ужаснее он до сих пор не испытывал.) Внезапно ему пришло в голову, что это очень странно, ведь он не виделся с Эйлин с тех пор, как она ему отказала. Да… Не тряпка же он…
– Впереди мосты, а мы все ближе к Разлому! – крикнула девушка. – А вдруг дорога завалена или разрушена?
– Тут мы бессильны.
– А вернуться обратно мы не можем.
Хэнкок сбавила ход на очередном повороте и вновь наддала. Она вцепилась в руль мертвой хваткой. Если она не успокоится, аварии не миновать. А что тогда делать, Тим не представлял.
Трассу перегораживали оползни, и Эйлин замедлила ход. «Блейзер» еле полз. Пятьдесят футов они ехали полчаса.
Когда она добралась до относительно свободного участка, Тиму хотелось, чтобы Эйлин прибавила скорость. Но машина продолжала тащиться по-черепашьи. Автомобиль делал максимум двадцать миль в час – даже если фары высвечивали ярды и ярды приличной дороги.
Они ехали – и конца их путешествию не предвиделось. Поразмыслив, Хамнер заткнул брешь в крыше своим носовым платком.
Если верить часам Тима, было восемь вечера. В Лос-Анджелесе в июне только смеркается, но снаружи царила кромешная тьма. Дождь лил и лишь иногда ненадолго стихал. Стеклоочистители работали прекрасно, Стиммз показал Хамнеру и Эйлин, как регулировать их работу, и девушка отлично с этим справлялась.
Крутой поворот, и в свете фар стало видно, что впереди пустота. Хэнкок резко затормозила. Тим прищурил глаза и различил, что трасса заканчивается неровным обрывом.
Он вылез наружу, сделал несколько шагов, и у него перехватило дыхание. Тим вернулся обратно и подошел к машине со стороны водителя.
– Медленно сдавай назад, – приказал он.
Эйлин начала было что-то спрашивать, но неподдельный страх в голосе спутника заставил ее замолчать. Она подчинилась. «Блейзер» пополз назад.
– Иди перед машиной и руководи, будь ты проклят! – крикнула девушка.
– Извини.
Теперь Тим знаками показывал, куда надо ехать. Спустя некоторое время он махнул рукой сверху вниз. Эйлин выключила зажигание и вылезла из автомобиля, чтобы осмотреться. Мост оказался тонкой бетонной аркой, перекинутой через глубокое узкое ущелье. В середине он обрушился, а они успели заехать по нему довольно далеко, прежде чем остановиться.
К счастью, они выкрутились.
Разглядеть что-либо еще оказалось невозможно. Правда, слева угадывались неясные очертания высокого утеса – гранит и кремень. Справа, за широким пригорком, земля круто обрывалась в пустоту. Впереди был разрушенный мост.