Она такого явно не ожидала. После Туджанги она почти потеряла надежду.
– Конечно, Марти знает, что делать, – начал Тим. – Он закрыл ставни и… – он резко умолк.
Эйлин посмотрела туда, куда смотрел Хамнер. Из обсерватории вышли двое мужчин с винтовками. Старшему было около пятидесяти. Они следили, как «Блейзер» тормозит у массивного бетонного крыльца. Ружья они держали небрежно, не то чтобы целясь прямо в машину, но Тиму сразу стало не по себе.
– Извини, приятель, места нет! – крикнул один из незнакомцев. – Лучше двигай дальше. Извини.
Он уставился на чужаков, медленно зверея. Ну, погодите!
– Я – Тим Хамнер. Владелец обсерватории. А вы кто?
На мужчин это не произвели никакого впечатления.
На крыльцо вышел молодой парень.
– Марти! – закричал Тим. – Скажи им, кто я!
«А когда я узнаю, что они здесь делают, я поговорю с тобой», – мысленно добавил он.
Марти Роббинс широко улыбнулся:
– Ларри, Фриц… это мистер Тимоти Гарднер Аллигтон Хамнер, плейбой и миллионер… ах да, и астроном-любитель.
– Подумать только, – фыркнул Фриц, не убирая винтовки.
Один из мальчиков разревелся. Эйлин притянула его к себе, обняла. Остальные дети наблюдали за происходящим, вытаращив глаза.
Хамнер распахнул дверцу «Блейзера». Стволы едва заметно переместились. Не обращая на это внимания, Тим вылез из машины. Постоял. Вокруг было тускло, сумрачно. Одежда моментально промокла, по спине потекли холодные струйки.
Он зашагал к крыльцу.
– Лучше не надо, – предупредил тот, кого звали Ларри.
– Пошел к черту, – поднимаясь по ступеням, произнес Тим. – Я не собираюсь ругаться с тобой и пугать детей.
Мужчины ничего не предпринимали, и на мгновение он ощутил отвагу. Может быть, это шутка? Он посмотрел на Марти:
– Что здесь происходит?
– Не здесь, – ответил тот. – Везде.
– Я знаю о падении Молота. Что эти люди делают в моем доме?
Ошибка, тотчас понял Тим. Но было поздно.
– Это не ваш дом, – выпалил Роббинс.
– Между прочим, там внизу – рейнджеры. Когда они сюда приедут…
– Никто уже сюда не доберется, – возразил парень. – Ни рейнджеры, ни армия, ни Национальная гвардия, ни полиция. У вас отличная радиоаппаратура, мистер Хамнер, – слово «мистер» он произнес с презрением. – Я слышал последние сообщения «Аполлона» и все остальное тоже. И переговоры рейнджеров. Вы уже не владелец обсерватории. И нам вы не нужны.
– Но… – Он посмотрел на Ларри и Фрица.
Они совсем не походили на преступников.
«Откуда тебе знать, как выглядят преступники? Да и разве теперь разберешь?» – подумал он. Взять хотя бы их руки: загрубелые, чисто вымытые. Не то что у Марти. Или у самого Тима. У одного из мужчин сломан ноготь на руке, но он уже отрастает.
Одеты они были в серые брюки и рабочие рубашки. На штанах Фрица – ярлык «Биг Смит».
– Почему вы так с нами? – вырвалось у Хамнера.
Бывшего управляющего он теперь игнорировал.
– А что еще мы можем? – сказал Ларри. В его голосе звучала виноватая нотка, но ружье он держал крепко: дуло смотрело куда-то между Тимом и «Блейзером». – Теперь у нас есть пища… ее не слишком много. На какое-то время хватит. И с нами – наши семьи, мистер Хамнер. Как нам быть, по-вашему?
– Оставайтесь. Только позвольте нам…
– Неужто вы не понимаете, что мы не можем позволить остаться вам, – перебил его Ларри. – Ну… мистер Хамнер, какая от вас была бы польза?
– Откуда, черт возьми, вы знаете, что я могу…
– Мы уже все обсудили, – проворчал Фриц. – Кто ж думал, что вы объявитесь. Но мы пораскинули мозгами и придумали, что делать, если вас принесет. И вот… короче, уезжайте. Вы тут совсем не нужны.
Марти отвел глаза. Тим уныло кивнул. Ясно. Говорить уже не о чем. В аппаратуре – не только радио, но и в астрономических и метеорологических приборах – Роббинс разбирался не хуже Хамнера. Даже лучше. Кроме того, парень прожил в обсерватории больше года и прекрасно знал все окрестности.
– Что за цыпочка? – вдруг спросил Роббинс.
Он вытащил из кармана фонарь и направил луч на «Блейзер». Это не улучшило видимость. Луч высветил капли дождя и заляпанную грязью машину. И отливающие блеском волосы Эйлин.
– Какая-нибудь ваша родственница? Богатая сучка?
«Ах ты, урод». Хамнер попытался припомнить, что мог, о своем помощнике. Когда Марти жил вместе с Тимом в Бел-Эйр, они, бывало, ссорились, но не всерьез, а здесь парню просто цены не было. Меньше месяца назад, всего три недели, он написал Роббинсу рекомендательное письмо для Лоуэлловской обсерватории в Флагстаффе.
«Похоже, я, в сущности, его совсем не знал».
– У нас мало женщин, – произнес Марти. – Она может остаться. Вы – нет. Пойду скажу ей…