– Сколько времени вы пробыли с ними? – осведомился Харди.
– Около трех недель. Было еще сражение, и мы захватили пленных. И все опять повторилось… но я уже находился по ту сторону проволоки, с пистолетом и кричал: «Аллилуйя!». Мы двинулись на север, к землям мистера Уилсона, и когда я заметил Гарри, то не осмелился заговорить с ним. Но когда его отпустили…
– Вас отпустили? – удивился сенатор.
– Да, сэр. Но забрали мой грузовик, – ответил Ньюкомб. – У меня есть для вас послание от Ангелов Господних. Поэтому мне и позволили уйти. Когда меня поймали, я сказал им, что я ваш почтальон, и я – под вашей защитой, и показал им написанное вами письмо. Они засмеялись, но Джерри Оуэн…
– Оуэн, – повторил Кристофер. – Его следовало убить.
– Нет, сэр, – возразил Гарри. – Если б не он, меня бы здесь не было.
– Итак, Оуэн – один из их вождей, – уточнил Эл.
Ньюкомб кивнул.
– Его слушают. Но я не видел, чтобы он отдавал приказы… В общем, он заявил, что я подхожу для того, чтобы передать вам послание. Вот я и доставил его. Я прошел по дороге пару миль, и вдруг меня догнал Хьюго. После того как он рассказал, что там творится, я подумал, что лучше бы вам сначала выслушать его историю.
– Да. Вы правильно поступили, Гарри, – произнес Джеллисон. – Ну, Джордж? Бека изгнали по вашему приказу.
Кристофер был явно ошеломлен.
– Отсрочка на двадцать четыре часа? Разрешить ему переночевать, а потом дать в дорогу немного припасов?
– По-моему, до того как мы примем решение, нам надо прочитать письмо, – резюмировал Эл. – И мы еще многое не выяснили. Хьюго, каковы их силы? Тысяча человек, да? Вы уверены?
– Это утверждал Джерри – со слов сержанта Хукера. Наверное, так и есть. Но их будет больше. Они захватили Бейкерсфилд. В городе пока не установили их порядок, но они уже прочесывают город в поисках оружия и новобранцев.
– Значит, сейчас армия увеличилась?
– Ага, но, может, не все вооружены. И не все новобранцы прошли через… то самое. Но пройдут.
– Значит, после… э… церемонии посвящения их количество возрастет приблизительно вдвое, – пробормотал Харди. – Плохо. Вы упомянули о сержанте Хукере. Расскажите о нем.
Бек шумно вздохнул..
– Он напоминает настоящего вождя. Дюжий чернокожий парень в солдатской форме. У них есть генералы и другие чины, но сержант там самый главный. Я его редко видел. У него палатка, и куда бы он ни направился, он всегда едет на машине с шофером и множеством телохранителей. Армитедж всегда разговаривает с ним очень вежливо и обходительно.
– Чернокожий, – проворчал Джордж.
Он оглянулся на Рика, который не проронил ни слова, и сразу торопливо отвел взгляд.
– У них есть и другие темнокожие лидеры, – добавил Бек. – Они проводят много времени с Хукером. В лагере нельзя сказать ничего дурного о черных, чиканосах или еще о ком. В первую пару дней, если ляпнешь нечто этакое, тебя просто побьют, все равно, чернокожий ли ты или белый… в общем, слово «ниггер» под запретом. А если ты быстро не поймешь что к чему, они решат, что ты не до конца принял их веру…
– Обо мне не беспокойтесь, – выпалил Деланти. – У меня было столько равных прав, сколько я хотел.
В комнату вошли Рэндолл и Хамнер. В руках у них были складные стулья из библиотеки. Эйлин направилась к Тиму и что-то торопливо зашептала ему на ухо: на лице мужчины отразился панический ужас, но присутствующие сделали вид, что ничего не заметили. Элис Кокс принесла зажженные керосиновые лампы, их теплое желтое сияние казалось неуместным.
– Я разожгу огонь, сенатор? – спросила Элис.
– Конечно. Хьюго, вы видели арсенал?
– Да, сэр. У них куча оружия. Автоматы, пушка, несколько мортир…
– Нужны подробности, – произнес Эл. – Ситуация становится опасной. Чтобы вытянуть из него всю возможную полезную для нас информацию, потребуется не один день. Мистер Кристофер, нельзя ли пересмотреть ваше решение?
Джордж помотал головой.
– Я не хочу видеть его в Твердыне.
Харди пожал плечами.
– Хьюго, что вам известно о вице-губернаторе Монтроссе?
– Ничего, кроме того, что он с ними, – ответил тот. – Он всегда среди тех, кто командует, и, куда бы ни отправился, его сопровождают охранники. Как и сержанта. Губернатор никогда не общался с нами, но иногда мы получали послания от его имени.