– А вы что тут делаете? – рявкнул он.
Женщина пожала плечами.
– Сейчас повариха Твердыне не нужна.
Она была одета по-походному: ботинки, шапка с наушниками, несколько слоев одежды под курткой, состоящей, казалось, сплошь из карманов. В руках Мари держала винтовку с телескопическим прицелом.
– Я охотилась на лис. И я неплохо вожу машину.
Харви оглядел остальных, назначенных в его отряд, и постарался скрыть разочарование. Он знал лишь некоторых. Томми Толлифсену, семнадцатилетнему парнишке, предстояло быть его заместителем.
А какое положение в группе займет Мари, Рэндолл и вообразить себе не мог.
– Томми, будешь за рулем.
– Есть, сэр. Со мной – Барбара Энн. Если не возражаете. – И парень показал на девчушку лет пятнадцати.
– Не возражаю, – ответил Харви. – Ладно, по местам, – он поднялся по ступеням на веранду. – Господи, Эл, они же дети!
Во взгляде Харди смешивались легкое разочарование и неудовольствие. «Ты мешаешь выполнению моих планов». Или «не гони волну».
– Они – все, чем мы располагаем. Поймите, это дети фермеров. Они умеют стрелять, и многие имели дело с динамитом. Они не заблудятся в окрестностях. Не надо их недооценивать.
Харви вздохнул.
– И, наконец, – продолжал Харди, – если победит Новое Братство, они точно так же погибнут. То же касается и Мари. И вас. И меня. И вас не в сражение посылают!
– С четырьмя ружьями – нет.
– Больше мы выдать не можем. Отправляйтесь-ка и делайте что поручено. Не теряйте ни минуты.
Рэндолл кивнул и спустился во двор.
Может, дети фермеров – какие-то особые. Хорошо бы в это поверить… поскольку во Вьетнаме он видел кучу городских ребят, чуть-чуть постарше этих. Их выпустили из тренировочных лагерей. Они не умели сражаться и жутко боялись. Харви снял о них сериал, но высшие армейские чины наложили на него запрет.
«Значит, нас не в сражение посылают. И, вероятно, все обойдется. Надо на это надеяться».
В городе сделали остановку. Заполнили грузовик и багажник внедорожника припасами. Динамит. Пилы. Бензин. Кирки и лопаты. Пятьдесят галлонов отработанного машинного масла – еле втащили. Когда все было погружено, Харви приказал Мари сесть за руль. Сам он устроился на заднем сиденье: на переднем разместился один из местных ребят с картой. Машины покатили по шоссе, ведущему из долины.
Рэндолл попытался разговорить ребят, ему хотелось узнать их получше, но подростки помалкивали. Они вежливо отвечали на вопросы и сидели, погруженные в собственные думы. Спустя некоторые время Харви откинулся на спинку сиденья и попытался расслабиться. Но это вызвало мрачное воспоминание о том, как Вэнс управляла внедорожником в прошлый раз, и он сразу же выпрямился.
Автомобили выехали из долины. Харви почувствовал себя голым, беззащитным. Чтобы добраться сюда, им с Марком, Джоанной и Мари пришлось запастись терпением.
Он гадал, о чем думают ребята. И девочка, Мэри Лу (Харви забыл ее фамилию). Ее отец был городским аптекарем, но фармацевтика ее явно не интересовала. Она таращилась на мальчика, с которым сидела рядом. Рэндолл вспомнил его имя. Билл.
Итак, Билл и Мэри Лу ухитрились получить государственную стипендию в университете Санта-Крус. Остальные ребята считали их странными: зачем им приспичило учиться в колледже.
Мари выехала на кряж, уходящий из долины. Харви никогда не бывал здесь прежде. На гребне мигали огоньки: люди шефа Хартмана окапывались, несмотря на поздний час и порывистый холодный ветер. Заставу по ту сторону гребня охранял один-единственный человек, съежившийся в крохотном укрытии.
Через несколько минут они миновали заставу.
Рэндолл задумался. Теперь они здесь – на территории, где царил вселенский хаос, порожденный Падением Молота. Мужчине стало страшно. Харви сидел тихо, стараясь не закричать на Мари, чтобы она вернулась в безопасную Твердыню. Ему хотелось знать, ощущают ли остальные то же самое. Лучше не спрашивать. «Пусть каждый из нас считает, что другой не боится, тогда никто не обратится в бегство».
Они продолжали ехать вперед.
Местами путь сильно размыло, но машина объезжала разрушенные участки. Харви отмечал в памяти те места, где дорогу будет легко перекрыть, и указывал на них остальным. Шел снег с дождем, за окнами чернела густая тьма, и Рэндолл мало что видел. Наверное, они уже добрались до соседней долины. К югу лежали горы, гораздо более низкие, чем те, что окружали Твердыню.
Вот оно, будущее поле битвы. Харви различил внизу рукав реки Тул – главную линию обороны Твердыни. За ним раскинулись дикие земли, которые Рэндолл не стал бы даже пытаться удержать. Через пару дней (а может, и часов) тут разразится сражение.