Они отдали не все. Ну, неважно. По крайней мере, они сохранят относительно ясные головы до тех пор, пока работа не будет закончена.
Нассор забрал еще радиоприемник и тостер и направился вслед за братьями. Оказавшись во дворе, он заморгал. Солнце светило вовсю. Джей на заднем сиденье поправлял брезент. Гарольд завел двигатель. Хорошо. Стоя у открытой дверцы машины, Алим оглядел улицу.
И заметил, что высокое дерево посреди лужайки отбрасывает две четко очерченные тени.
И вон у того дерева, поменьше, тоже две тени. Он посмотрел себе под ноги. Ага, то же самое. Алим поднял голову и остолбенел. Там сияло второе солнце. И оно падало с небосвода – прямо куда-то за горы. Нассор зажмурился – крепко, изо всех сил. Все застлала ярко-фиолетовая пелена.
Он открыл глаза и влез в грузовичок.
– Поехали. – Машина покатила к воротам, а он включил рацию. – Прием, Джаки. Прием. Твою мать, отвечай!
– Кто это? Алим?
– Да. Ты видел?
– Что?
– Комету! Божий Молот! Она падает! Она горела, падая с неба, горела, пока не рухнула вниз! Джаки, слушай внимательно… потому что через минуту связь вырубится. Она врезалась, все это, выходит, правда! Надо встретиться по-быстрому.
– Алим, вы, похоже, нашли что-то стоящее. Порошок, да?
– Заткнись! Комета ударила, брат! Теперь жди землетрясений! И цунами. Вызови всех, кого только можешь, и передай, что мы встречаемся… в хибаре около Грейпвайна. Усек? Утонуть мы не утонем, слишком мы высоко, но надо держаться вместе.
– Чувак, ты свихнулся. У меня еще два дома, мы загрузились под завязку, а ты ведешь себя так, будто наступает конец света…
– Вызови кого-нибудь, Джаки! Шевелись! Рация пока еще не заглохла, и я попробую связаться с братьями. – И Алим отключился.
Грузовичок все еще ехал по подъездной аллее. Лицо Гарольда было цвета мокрого пепла.
– Я тоже видел ее, – выдавил он. – Джордж… Алим, думаешь, нас не затопит? Не хочу утонуть.
– Мы сейчас в самом высоком месте. Только чтобы добраться до Грейпвайна, нам придется погнать вниз. Жми, парень! Нужно проехать через равнину до того, как нас зальет по уши!
Гарольд резко рванул вдоль улицы. Нассор опять потянулся к рации. А действительно ли здесь достаточно высоко? Хоть кому-нибудь где-нибудь не грозил потоп?
Вторник – День Порции Мороженого: 1
Вершины горной цепи Санта-Моника в целом не подходят для жизни. Торговые центры далеко. Дороги опасные, кое-где идут чуть ли не вертикально. Однако здесь, наверху, много домов. И перенаселенность была тому лишь косвенной причиной.
Перенаселенность создала города.
Вид, открывавшийся с вершины в ночь с понедельника на вторник, оказался совершенно невероятным. На одном склоне – и ниже – раскинулся Лос-Анджелес, с другой стороны лежала долина Сан-Фернандо. Ночью города напоминали ковры, сотканные из многоцветных огней: они тянулись до самого горизонта. Шоссе превращались в бурлящие реки тьмы. Казалось, что весь мир стал единым мегаполисом, и как же это было здорово!
А на гребне оставались незанятые места. На закате Марк, Фрэнк и Джоанна свернули с Малхолланд-драйв и покатили на мотоциклах вверх по склону. Лагерь разбили среди скал, чтобы их не заметили случайные патрули – в паре кварталов отсюда.
Стоунер обошел вершину горы, внимательно оглядел склоны и глубокомысленно кивнул. Не добраться. Слишком велика опасность грязевых оползней. Не то чтоб их хоть сколько-то волновало, почему никто не построил себе коттедж, но Фрэнку не нравилось, когда на возникший у него вопрос не находилось ответа. Он вернулся туда, где Марк и Джоанна устанавливали походную плитку.
– Возможно, у нас нервные соседи, – заявил он. – Давайте поедим засветло. Как стемнеет – никаких фонарей или огней.
– Не понимаю… – начал Марк.
Но девушка нетерпеливо перебила:
– Пойми, ближайшие дома находятся далеко от полицейского участка. Те, кто сюда забредает, должны пугать жителей. Нам вовсе незачем коротать время у шерифа Малибу, тем более – сейчас, накануне Дня Порции Мороженого.
И она отошла, чтобы прочесть инструкцию к замороженным продуктам, которыми они запаслись. Джоанна готовила паршиво, но, если бы предоставила это своему бойфренду, он бы сварганил обед по своему усмотрению – может, очень вкусный, а может, и наоборот. Если следовать инструкции, наверняка получится что-нибудь съедобное, а она жутко проголодалась.