— Ну да, — ехидно отозвался Боровик. — За тыщу с лишним лет не разрядился — а тут вдруг на тебе… Тогда мы неделю Паука по Тайге искали.
— Нашли? — Жихарь оперся прикладом штуцера на дно кузова и подался вперед. — А дальше что?
— Да ничего. — Боровик пожал плечами. — Его Данила Михайлович сразу магией упокоил, шагов со ста. Я и рассмотреть толком ничего не успел.
Рамиль едва слышно вздохнул, а дружинники разом уставились на меня. Их в их взглядах отчетливо виднелось… Нет, не то чтобы разочарование — скорее мрачное осознание того, что при возможной встрече с автоматоном единственным Одаренным в отряде будет не князь, а его незаконнорожденный сын, только-только вылупившийся из кадетского корпуса.
Я вздохнул. Даже с опытом и остатками силы Стража мои возможности пока еще были весьма и весьма ограничены. И до умений покойного князя с его первым рангом, мягко говоря, не дотягивали.
Впрочем, предаваться тоске и сомнениям нам все равно было некогда: грузовик выбрался из колеи на обочину, заглушил мотор, и дружинники принялись один за другим спрыгивать из кузова на землю. Оглядевшись по сторонам, я заметил, что обе машины остановились на развилке — хотя до заимки оставалось еще километра полтора-два.
— Дальше пойдем пешком, — пояснил дядя, выбравшись из «козлика». — От мотора шума много. Жихарь, ты самый глазастый — пойдешь со мной. Игорь — ты в середине, остальные…
— Пусти меня вперед. — Я подхватил ножны с Разлучником и махнул через борт кузова. — Если что — хотя бы смогу прикрыть остальных.
Дядя недовольно нахмурился, но спорить все-таки не стал. Видимо, сообразил, что Одаренный с зачарованным клинком в голове строя будет куда полезнее, чем в любом другом месте. А княжичу, особенно тому, которого государь только-только признал законным наследником рода, определенно не стоит прятаться за чужими спинами.
— Тогда хоть броню возьми. Отцовская. — Дядя со вздохом полез в багажник. — Только ремни затянем — я под себя подгонял.
Кираса из соединенных стык в стык пластин из кресбулата с наплечниками и рукавами из тонкой кольчуги наверняка весила чуть ли на вдвое больше крутой современной брони дружинников новгородского князя. Зато защиту обеспечивала не хуже: металл закрывал все тело, бедра и руки чуть ли не по локоть, однако почти не стеснял движений.
Рамиль с Боровиком облачились во что-то похожее, только чуть попроще, а остальные выдвинулись налегке, прихватив только штуцера и клинки с топорами. Только дядя шел без оружия — зато с длинным, чуть ли не в собственный рост прямоугольным чехлом из плотной кожи.
— Толку-то от этой брони… — вздохнул Жихарь. — Если попадешься, то уже и не поможет. А так хоть убежать успеешь.
— Вот и проверим, — усмехнулся я.
Примерно с километр мы прошагали за четверть часа, но потом дорога закончилась, и мне пришлось замедлить шаг, чтобы не отрываться вперед от дружинников. Раскатанный колесами автомобилей грунт понемногу сменялся мхом, который глушил топот ботинок — и я вдруг обнаружил, что ступаю в полной тишине.
— Как в гробу, — мрачно пробормотал кто-то за спиной. — Даже птиц не слыхать.
— Зато лежать мягко будет, — ухмыльнулся Жихарь. — Не вешать нос, судари. Тут всего ничего осталось — вон, заимку уже видно.
Приглядевшись, я заметил впереди сначала просвет между деревьями, а потом и частокол, окружающий небольшое здание в два этажа. Кривое и неказистое, явно когда-то построенное наспех из всего, что валялось в лесу, но за годы превратившееся в какое-никакое подобие человеческого жилья: окна надежно закрывали ставни, а крыша, пожалуй, выглядела даже получше, чем некоторые в Гром-камне.
— Ступайте тише! — Я поднял руку и достал из-за спины ножны с Разлучником. — Паук где-то рядом.
Во всяком случае — был, когда я пытался разглядеть его через алтарь пару часов назад. Металлическая тварь такого размера вряд ли умела перемещаться без шума, однако я не слышал ничего — если не считать хруста веток под ногами и тихого позвякивания снаряжения, доносившихся сзади. Нас с заимкой разделяла буквально пара десятков шагов, но никакой опасности так и не проявилось.
Точнее, я ее просто не видел. Зато чувствовал всем телом — как и остальные: раньше дружинники двигались колонной, а теперь жались все ближе друг к другу. Сбивались в кучу, будто темный и густой лес вокруг поляны сам по себе представлял угрозу, а кровожадные древние механизмы прятались за каждым стволом.
— Матерь милосердная… — Жихарь вытянул руку вперед. — Калитка-то открыта.