— Дядь Олег, мне бы за вещами заехать.
Я только примерно представлял, где обосновался Игорь после выпуска из корпуса. Но наверняка у него было что-то кроме старого мотоцикла и кожаной куртки. Если не сбережения, то хотя бы одежда. Пара ботинок, зимние сапоги, свитера, дневник, который я бы не отказался при случае проштудировать от корки до корки. Документы. Какие-нибудь памятные вещи.
Носки, в конце концов.
— Заедем. — Дядя открыл передо мной дверь. — А сейчас давай-ка на третий этаж. Выпишем тебя — и дело с концом.
И дело с концом. Выходя в коридор, я на мгновение замер, будто прямо вдоль порога палаты проходила незримая линия, окончательно разделяющая меня-прежнего и юного парня, чью жизнь и тело я взял, сам того не желая.
Он погиб — для того, чтобы я не исчез навечно. И мог снова пройти путь к вершинам могущества Стража. Пусть меня с врагом теперь разделяют тысячелетия, однажды мы снова встретимся. И когда этот день настанет — я буду готов.
Но для начала я верну ту, что забрал, хоть и не по собственной воле. И отблагодарю тех, кто был ко мне добр.
Жизнь за жизнь — и этот долг я выплачу.
Как и подобает воину.
Глава 2
— Что ж… полагаю, все в порядке.
Целитель — благородного вида старичок в круглых очках с золотой оправой — с негромким хлопком захлопнул папку. Что, судя по всему, ознаменовало не только мое полное выздоровление, а заодно и окончание заключения в стенах больницы.
— Удивительное везение, — улыбнулся целитель, поднимаясь из огромного кожаного кресла. — Вы, Игорь Данилович, в рубашке родились, можно сказать. Любого другого на вашем месте похоронили бы в тот же день.
— А этого так просто не возьмешь. — Дядя радостно оскалился. — Наша, северная порода. Крепкая!
Целитель снова улыбнулся. Вежливо, но при этом как-то снисходительно, будто желая намекнуть, что даже самый могучий из молодых парней, в чьих жилах течет кровь древних варягов, без должного ухода и лечения непременно отправился бы туда же, куда и любой его ровесник из породы изнеженных южан.
— От всей души благодарю вас. — Я поднялся со стула. — Мы можем идти?
— Почти. Осталось соблюсти… скажем так, одну небольшую формальность. — Целитель на мгновение замялся, отводя взгляд, но тут же подобрался и зашагал к выходу из кабинета. — Пройдемте, господа. Это не займет много времени.
Мы прошагали по коридору, свернули налево и вскоре оказались у еще одной двери, за которой скрывалось небольшое помещение. Ни полок, ни больничных коек, ни кресел — только длинный стол у стены, на котором разместились около полудюжины стрелочных приборов и здоровенная плита из темного камня с вырезанными по всему периметру рунными символами. Она-то и привлекла мое внимание первой. И не только потому, что смотрелась среди электроники и проводов чем-то чуждым и неуместным.
От каменюки веяло магией. Не самой могучей, но немыслимо сложной, похожей на невидимое тонкое кружево — чары оплетали антрацитовые грани в несколько слоев. Мне еще не приходилось встречаться ни с чем подобным, и даже знания, которые я почерпнул из книг и телепрограмм, не спешили с подсказками.
Я осторожно покосился на дядю. И заметил, что ему все это не слишком-то нравится. Не испугало, даже не встревожило, пожалуй — просто не нравится. По чуть сдвинутым бровям я сразу понял, что визит в комнату с магическим камнем не был чем-то обыденным.
— А это… обязательно? — осторожно поинтересовался дядя.
— Просто формальность, господа. — Целитель учтиво склонил седую голову. — Я все же считаю своим долгом проверить состояние Основы. Опасаться, можно сказать, нечего, однако медицине известны случаи, когда после травм…
— Ясно. — Я решил не дожидаться, пока старик закончит лекцию. — Приступайте, ваше благородие.
Дядя молча кивнул и отступил на шаг. Я успел заметить, как он недовольно поморщился. То ли обиделся, что я даже не подумал дождаться разрешения старшего в роду, то ли его почему-то так смутила сама необходимость процедуры.
— Прошу, Игорь Данилович. — Целитель отступил в сторону и указал на камень. — Положите ладони сюда и постарайтесь не двигаться.
Когда я коснулся прохладной поверхности, она тут же отозвалась. Чужие чары с неожиданной силой потянулись ко мне, будто норовя забраться под кожу. В глазах на мгновение потемнело, и я почувствовал, как каменюка начинает прокачивать через мои руки заложенную кем-то энергию, буквально разбирая по кирпичикам все внутри.
Точнее, пытается.