Ветер хлестнул в лицо. Густой, колючий и злой, как и все в этом месте. И чужой, будто в самом воздухе уже не осталось ничего привычного и живого. В глотку впивались тысячи крохотных кинжалов, но я все равно решил обойтись без шлема. Радиация, песок и пепел мне не страшны, а энергия Хаоса…
Мне ли, Стражу, бояться такой мелочи?
Да и падать недолго — крохотные фигурки внизу увеличивались с пугающей быстротой. Я мчался сквозь выжженное небо Эринии, лавируя между всполохами огня и застывшими в воздухе десантными баржами. Без ранца — ни в чем подобном я уже давно не нуждался. Вряд ли хоть кто-то из обычных людей мог увидеть, но я чувствовал, как за спиной раскрываются астральные крылья. Огромные, сияющие, способные без труда нести несколько сотен килограмм плоти и штурмовых доспехов.
В самую гущу боя — и никак иначе. Туда, где блестящий строй авангарда уже дрогнул, смешиваясь с наседающими темными силуэтами. Я рухнул прямо на них, сметая и раскидывая изломанные тощие тела тварей, в которых уже не осталось ничего человеческого. Подошвы ботинок с лязгом ударили о камень, и тело сгорбилось, привычно гася инерцию и впиваясь в измученную поверхность Эринии металлическим кулаком, от которого во все стороны побежали трещины.
Черная копошащаяся волна отступила лишь на мгновение — и тут же снова накатила с воем и грохотом. Но я уже поднимался ей навстречу, занося для удара Крушитель — огромный двуручный молот, с которым не справился бы ни смертный, ни даже сильнейшие из Стражей.
Никто — кроме меня.
Руны на оружии засияли, и Крушитель устремился вниз, рассекая воздух с гулом, в котором уже слышался хор духов, когда-то заключенных в металл древними мастерами.
Удар — и во все стороны разносится хруст сминаемой плоти. Второй — и от визга раненых закладывает уши. Третий — и я уже стою один.
Больше желающих подраться не нашлось.
— Страж! — раздались голоса за спиной. — С нами Страж! Вперед!
Мое появление, как и всегда, вдохнуло отвагу и силы даже в тех, кто едва мог держать оружие. Преторианцы тут же воспряли и бросились ко мне, на ходу перемалывая остатки врагов сияющими серебром клинками.
— Держать строй! — Мой голос промчался над боем, перекрывая лязг металла и грозный вой штурмовых повторителей. — Держать строй, Хаос вас забери!
Сон отступил не сразу. Молот и броня исчезли, но я еще несколько мгновений ощущал плечами их могучую тяжесть, справиться с которой не смогло бы даже мое тело — только мощь первородного пламени, еще бурлившая внутри. Она снова явилась, принося с собой воспоминания, и перед глазами все еще стояли лица тех, кто навсегда остался на Эринии.
В прошлый раз они явились тогда, в госпитале. То ли оттого, что я начал забывать, то ли сами вдруг пожелали предупредить о грядущей опасности — и дотянулись из места вне времени, куда нет дороги даже сильнейшим из Стражей.
А сейчас? Что это — просто сон, или очередной предостережение?
Поднявшись с кровати, я натянул штаны и подошел к окну. Ночная прохлада коснулась разгоряченной кожи, однако покоя не принесла — скорее наоборот. Я чувствовал, как совсем близко, меньше, чем в километре отсюда, мерно дышит Тайга.
Но ее магия спала. А та, которую я немыслимым образом сумел почувствовать, оказалась совсем рядом. Будто где-то за деревьями вокруг усадьбы неторопливо двигались несколько ее источников, под завязку заряженные мощью единственного подвластного мне аспекта.
Огня.
Я еще не успел сообразить, что именно там происходит, а ноги уже сами несли меня по скрипучим половицам. Пальцы нащупали в темноте ручку, я вышел в коридор на втором этаже усадьбы…
И едва не столкнулся с Еленой.
Похоже, она тоже только встала — на ней были только знакомые камуфляжные штаны и короткая черная майка, явно надетая прямо на голое тело. Взъерошенные волосы, румянец на щеках, чуть заспанные глаза… В любое другое время это показалось бы весьма занимательным зрелищем, однако сейчас мне уж точно было не до разглядывания.
Что-то случилось — иначе Елена вряд ли бродила бы по дому с луком в руках.
— Тихо. — Я приложил палец к губам. — Вы видели что-нибудь?
В глазах напротив мелькнуло недоумение, будто я сказал какую-то несусветную глупость. Чутье Стража отчаянно завывало внутри, предупреждая об опасности, но я никак не мог понять, что именно сейчас происходит за стенами дома. Снаружи не доносилось ни звука, усадьба все так же спала — только где-то вдалеке в селе слышался собачий лай. Однако в самом воздухе уже появилось что-то не менее опасное, чем лязг штуцеров или тяжелые шаги чужой дружины.