— Нам можно на него взглянуть, мам?
Я приоткрыл дверь в комнату.
Мы со старшим братом и сёстрами толпились у двери в спальню мамы. Рождения Марка очень ждали, но несколько дней нас не пускали к маме и не давали смотреть на только что родившегося братика.
— Да Рэймонд, отвали от двери, — меня чуть сдвинул Дэмиан.
— Сколько раз просил, не называй меня так, — я насупился и тоже попытался отпихнуть старшего брата.
— У меня сегодня день рождения, так что я первый хочу на него посмотреть, — прошипел Дэмиан.
— Девочкам надо уступать, — вмешалась Алисия, подтягивая за собой Эллу.
— Да уж прям, — буркнул я.
— Так, дети, а ну, разойдитесь, — за нашими спинами возник отец.
Я оглянулся на него: наряжен в парадный костюм, в новом тёмно-фиолетовом, почти чёрном кителе, с зачёсанными назад тёмными волосами, в которых виднелась седина. Ему было уже чуть за шестьдесят, но выглядел он довольно молодо. В руках отец держал огромный букет пионов.
— Па-а-апа-а-а, — заканючили сёстры, — ну хоть ты им скажи!
— Меня тоже не пускали к маме, — почти всегда сосредоточенное и серьёзное выражение лица отца сменилось на добрую улыбку. — Я же вам сказал, роды прошли сложно. Если можно будет, я вас позову.
Отец отодвинул всех и прошёл в комнату мамы, прикрыв за собой дверь так, что я не успел ничего разглядеть, только услышал тихое хныканье младенца.
— Ну ты и жук, Дэмиан, — я покосился на брата, — не толкался бы тут, я бы успел до папы зайти.
— Цыц, — брат сощурился и сложил руки на груди. — Мне вот интересно, какими техниками Марк будет обладать?
— Узнаем потом, — хмыкнула Алисия, откидывая локоны каштановых волос за спину. — Ты бы хоть порадовался, что у нас теперь есть младший брат.
— Эй, — я дёрнул сестру за платье, — вообще-то, я тоже ваш младший брат.
— Ты теперь не самый младший и ты задира, — Алисия показал мне язык. — А тебе всего семь лет.
Я хотел сказать сестре, что она невоспитанная, но не успел. Из-за двери выглянул отец и кивнул, показывая, что нам можно войти.
У мамы было две комнаты, и в первой из них находилась небольшая гостиная, где она и сидела. В отличие от темноволосого отца, у мамы были светлые пшеничные локоны, которые никто из нас не унаследовал.
Она исхудала, лицо было бледным, под голубыми глазами тенью легли синяки, но она улыбалась.
— Родные мои, как я рада вас видеть, — мама слабо рассмеялась и протянула нам распахнутые руки, чтобы обнять.
Ну, тут уж я успел добраться до мамы первым. Пока Дэмиан стеснялся, а сёстры что-то не поделили, я рухнул в тёплые объятья и почувствовал нежное прикосновение к волосам.
— Привет, Рэй, — она поцеловала меня в макушку. — С шестнадцатилетием, Дэмиан.
Из тёплых объятий меня выпихнули сёстры, и Дэмиан, который всё равно старался не показывать маме каких-то нежностей. Он, правда, всегда такой: ни к кому и никаких чувств не проявляет.
— Спасибо, мам, — Дэмиан сдержанно улыбнулся.
— Можно посмотреть на него? — я всё-таки оттеснил сестёр.
— Можно, — мама кивнула.
Отец немного придерживал её под локоть, чтобы провести в спальню. В колыбели, под полупрозрачным пологом возился младенец. Я подошёл ближе, мама откинула полог.
— Какой маленьки-и-ий, — протянула Элла, склонившись над колыбелькой.
— Совсем ещё, — согласилась мама и аккуратным движением сняла с малыша белый чепчик. — Смотрите, какие у него волосы.
Их было совсем мало, волосики были тонкими и такими же пшеничными, как у мамы. Младший брат закряхтел и открыл глаза. Небесно-голубого цвета.
— Ого, мам, на тебя похож, — я поднял взгляд на неё.
— Да, — согласился отец.
Дэмиан тоже чуть наклонился над колыбелькой и несколько минут рассматривал младенца.
— Каким он станет, когда вырастит? Чем сможет быть полезен семье? — задумчиво произнёс старший брат.
— А может, пусть он просто будет нашим младшим братом? — я покосился на Дэмиана.
— Не рационально думать о нём так, — тот всё ещё выглядел задумчиво.
— С таким кислым видом не рационально отмечать твой день рождения, — буркнул я. — Но ты почему-то не отказываешься.
— Хватит пререкаться, — нас остановил отец. — Маме и Марку нужны покой и тишина, ещё успеете с ним понянчиться, если захотите.
Он дал понять, что нам всем пора.
Я оглядел умиляющихся младенцу сестёр, маму, с лица которой не сходила хоть и болезненная, но добрая улыбка, отца и Дэмиана.
— Пора идти празднова…
Назойливая трель коммуникатора врезалась прямо в мозг, развеивая очередное воспоминание, которое решило прийти во сне.