— Браво! — воскликнула Виктория.
Дэн раскланялся, улыбаясь со скромным достоинством мастера, искусство которого оценили должным образом.
Алина взяла свой бокал и сделала большой глоток. У «блублейзера» был мягкий, медовый, успокаивающий вкус, как будто кто-то очень добрый обнял за плечи, твердо пообещав, что теперь все будет хорошо, и этому обещанию веришь сразу и без всяких сомнений.
А еще он был очень крепкий.
Время исчезло, растаяв в теплом полумраке без остатка. Мир стал маленьким и уютным, и в нем были приятные люди, сидящие рядом, горячий очаг с янтарным огнем в бокале между ладоней, и сумрак, окутавший плечи, как плед. В голове шумело, легко и приятно, и Алина подумала, что давно уже не чувствовала себя такой спокойной и расслабленной. Виктория что-то говорила, кажется, спрашивала о чем-то, но Алине было сейчас слишком хорошо для того, чтобы пытаться разобрать слова.
«Какие милые женщины, — думала она. — Виктория такая красивая, обаятельная, интересная; а Валерия мягкая, добрая; даже Жанна очень приятная, если подумать, хоть и сидит, отвернувшись…»
— … все в порядке?
Алина мотнула головой. Виктория внимательно смотрела ей в глаза.
— Что? Простите, я отвлеклась…
— Я говорю, мне показалось, что Вы немного грустная, Алина — во всяком случае, были такой, когда мы пришли. Вот и решила поинтересоваться, все ли у Вас в порядке?
Алина на секунду замялась. Валерия положила ей на запястье свою нежную руку и негромко сказала:
— Можно рассказывать. Ты среди друзей.
— Сегодня умер один человек, — сообщила Алина.
— Вот как, — отозвалась Виктория, а Жанна впервые за вечер повернулась и придвинулась ближе.
— Да, — продолжала Алина. — Он был подозреваемым по одному делу…в общем, связанному с серийными убийствами женщин в дачных поселках.
— И это тебя так расстроило?
— Все считают, что подозреваемый покончил с собой. А это не так. — Алина покивала и повторила. — Не так.
— Почему же?
Алина усмехнулась.
— У него в желудке нашли ком булавок с ежа величиной, и проглотить самостоятельно он их не мог. Кишечник…тьфу, черт, что я говорю…пищевод целый, ни ран, ни эрозии, загляденье просто. Так что ничего он не глотал.
— Вот как, — удивленно сказала Виктория и переглянулась с подругами. — Загадка просто. Как же эти булавки могли оказаться у него в животе?
— Появились. Просто появились, и все. Вот так, — Алина попыталась щелкнуть пальцами. Получилось не убедительно.
— Ты веришь в такие вещи? — тихо спросила Виктория.
Алина твердо взглянула ей в глаза.
— Да. И не только в такие.
Она приподняла теплый бокал, посмотрела через него на свет и продолжила.
— Но хуже другое. Этот человек, с булавками в желудке, не был убийцей.
Рыжая Жанна со стуком поставила стакан на стойку. Алина хотела было сделать глоток, но Виктория мягко остановила ее руку.
— Постой, постой. Как это не был?
— Ему арестовали по подозрению в совершении трех убийств, причем отчасти на основании моей экспертизы, — сказала Алина. — Моей. Но я только установила, что некто — некто! — убивший молодую девушку в начале февраля также причастен к смерти женщин в конце февраля и в марте. И я совершенно уверена, на сто процентов, что тот, кого задержала полиция, отношения к этим убийствам не имеет.
— Наверное, у тебя есть версия, кто на самом деле совершил все эти…эти преступления? — впервые за вечер подала голос Жанна.
— Есть, — кивнула Алина.
Виктория подняла свой бокал.
— Алина, ты такой интересный человек! — сказала она с чувством. — Давай выпьем за тебя!
Дальнейшее помнилось смутно, как сон или фрагменты причудливой фантасмагории. Где-то ближе к концу посиделок дело все-таки дошло до разговоров о личном и Алина, вспомнив про Гронского, разрыдалась пьяными слезами, путано рассказывая новым подругам про своего исчезнувшего бесследно напарника. «Выгнал тогда, как собаку, под дождь, понимаете? Выставил и все!», — повторяла она, а Виктория и Валерия утешали ее, обнимая за плечи, и Валерия говорила ей на ухо тихо, но очень убедительно: «Мы поможем, не расстраивайся, мы обязательно его найдем, он еще сам прибежит к тебе, вот увидишь!» — и Алина ей верила. Потом Валерия повела ее в туалет, чтобы привести в порядок, и в дверях им встретился Пауль; он качнулся, внимательно посмотрел на спутницу Алины и спросил: «Простите, мы с Вами раньше нигде не встречались?», но Валерия только молча прошла мимо, ведя за собой раскисшую Алину, а когда они вернулись к стойке, Пауль уже ушел. Потом Виктория дала ей свою визитку, из белой тисненой бумаги с золотыми вензелями и буквами, которые Алина не смогла разобрать, и несколько раз сказала: «В пятницу у меня презентация новой книги, приходи обязательно, хорошо? В пятницу, не забудешь?», и Алина заверила, что непременно придет.