— Сейчас для нас там все подготовят, а пока прошу вас за мной в комнату, где вы сможете переодеться.
Герцогиня провела рыцаря в свой собственный будуар и указала ему на несколько костюмов, что были приготовлены для него заранее.
— Выбирайте что вам больше по душе.
— Я бы хотел не снимать своих доспехов. Я дал клятву быть только рыцарем. А долг рыцаря носить боевое облачение до полной победы над врагами.
— Но доспехи будут вам мешать. И я хотела бы потребовать от вас выполнения рыцарских обязанностей.
— Я готов вести войска в битву! Но разве пришло время для войны? Мне сказали что я стану готовить войска для похода.
— Но сегодня я думала, что битва будет вон в той комнате, за моим будуаром.
— А что это за комната?
— Там находиться моя спальня, — откровенно призналась Корнелия. — Вы мне понравились и я бы хотела…
Рыцарь стал медленно расстегивать застежки своего панциря, и Корениля бросилась ему помогать.
— Я стану служить вам в качестве оруженосца, — прошептала она.
— Я же давал зарок, что не стану смотреть на женщин, но могу ли я устоять против вас?
— Не сможете? — спросила она призывным полушепотом.
— Нет не смогу. И потому давайте отложим обед.
— Вы желаете прямо сейчас? Но моя спальня еще не готова, — Корнелия покраснела.
— Ваш будуар подойдет для этого, а в спальне мы расположимся на ночь, если я сумею угодить вашему высочеству.
— О! Я уверена, что сумеете!
Ремни были отпущены, и панцирь рыцаря со звоном свалился на пол….
Руг
Спальня герцогини Корнели
Пятый год периода Серебряной Сунн
Утро
На следующее утро Корнелия проснулась и увидела, что её рыцарь сидит за столиком над кипой бумаг. Она потянулась и проговорила:
— Доброе утро!
— А! — он повернул голову. — Ты проснулась?
— А ты давно работаешь?
— Уже часа три.
— А над чем, если это не секрет от герцогини ругской.
— По моему приказу еще вчера вечером сюда доставили списки пиратов, что заходят в твой порт, Корнелия.
— Я слышала об этой твоей странной просьбе. Ты даже вспомнил про эти списки пред входом в мою спальню.
— Это обидело тебя?
— Немного. Ты мог думать не только обо мне, испытав мое тело на вкус.
— Твое тело просто прекрасно и такой женщины у меня еще не было никогда. Но и о задании Сунн не стоит забывать. Ведь это она свела нас.
— И зачем тебе пираты? Бороться с ними весьма трудно. Я это уже испытала на себе.
— Но я не собираюсь с ними бороться. Я выполняю приказ Сунн. Ей нужен новый Черный корабль! И искать его она решила в твоих владениях. Если использовать прошлое моего мира, то оно ненадежно. Как показали события прошлого года.
— Черный корабль? Я что-то слышала о корабле Сунн в таинственном океане.
— Ничего таинственного в нем нет, Корнелия. Это корабль, который будет питать своей энергий, и подцеживать состояние океана Сунн. Или океана вне времени.
— Он будет плавать и вскоре можно будет снова, подчинить богине все её семь измерений. И даже больше если повезет.
— Но куда подевался тот Черный корабль, что был у богини? — спросила Корнелия. — Я плохо знаю что с ним случилось.
— Его уничтожили посвященные Черной и Белой силам. Это мои хорошие знакомые из моего мира, того, откуда я пришел. И моя задача восстановить то, что они уничтожили. Вот я и подыскиваю подходящий среди пиратских судов.
— Спросил бы меня, и я дала бы тебе совет и без этих листов, друг мой. Кто тебе нужен? Самый жестокий или самый удачливый пиратский капитан?
— Самый отъявленный мерзавец, что есть. Человек без чести, без совести и без сострадания. Тот, чьим именем пугают детей.
— Тогда тебе подойдет капитан Морела!
— Это еще кто такой?
— Пират без чести, без совести и без сострадания. Руки которого по локоть в крови. Я отдала приказ поймать его и придать суду.
— И где он сейчас?
— В моей подземной тюрьме!
— Вот как? Его пытали?
— Еще как. Но он ничего не сказал и никого не предал! Только грозиться всем порвать глотки, если выберется из тюрьмы. Его приговорили к казни на колесе смерти
— Отлично! — вскричал рыцарь. — Все просто отлично! Такой человек нам и надобен! А его экипаж?
— Частично его люди в тюрьме и также ждут казни. А частично они уже мертвы.
— Отлично! Вот так удача. Мне повезло, и практически делать ничего не придется.
— Значит, отменить казнь?
— Зачем? Пусть все пираты умрут! Богине они не нужны живыми.