И сапёр, и минёр, что себя сам – на части,
а художник, так вовсе в стихах ни бум-бум!
Или:
вешать на палец покойника бирки,
или: Анной Ахматовой в сонмище дум
с Гумилевым в одной Петербуржской квартирке
жить семьёй. А иначе, ну, право, не надо!
Или будь ты поэтом, иль стань прочим всем:
музыкантом, вязальщиком или солдатом,
капитаном, уборщиком или магнатом,
но не надо туда, где крылато и свято,
это, словно растлителем да в Вифлеем!
Ты останься читателем, коль ростовщик ты,
надо мной подержи панцирь,
крепость, защиту!
И не надо в журналах печататься, мнить
из себя, что великий. Велик ты – за деньги!
Будь стеной или деревом лучше. В тени,
чтобы путник укрыться мог, о, нет, ни-ни
не тянись ты к перу, не пиши ты элегий.
Ибо пишущий – он не спасётся в Ковчеге,
он проляжет мостом над бедою своей,
под его позвоночником стоны столетий,
по кости его можно создать всех трагедий
образ будущих,
прошлых и нынешних дней.
Да, сам Бог был поэтом и не был при этом
он атлетом, полпредом, не был он в декрете,
не курил сигареты он на факультете,
но зато сочинил дивный-дивный Псалтирь!
Как они восхитительны сны о блаженстве!
Благодати во всю неохватную ширь!
Будь собой, умоляю! Свой стих спрячь ты женский,
Магдалиной уткнись: кулачки под коленки,
и со мною поплачь по-простому, вселенски
в мой алтарь, в то щемящее, словно Сибирь!
***
Мне небо тверское упало на плечи!
Я воздух хватала ртом, криком и речью
в разломы, надломы, терзанья мои.
Да я и сама, может, сбилась со счёта.
Но люди, меня поддержавшие, и
свет тонкой звезды, пульсом, светом восхода,
где горечь целительная бытия,
спасибо им всем! Хватит, хватит нытья…
Я за борт хватаюсь, что чалит, Ковчега,
я изголодалась так без человека
того, кто поддержит сегодня меня!
Того, кто со мной просто так посидит
в доверье, тепле и в моём невозмездье!
Я тоже могу быть кому-то полезней,
но нет, не за деньги, не благо. А бездны,
которые с космосом сходны – в груди.
И ты помолчи. Подыши. Посиди.
Вот видишь, Ковчег, что отчалил, в пути!
Ты будь мне поэтом, Верленом, будь Блоком
Есенину. Будь даже хоть лжепророком,
ежом ли, дракончиком, устьем, истоком
на время, на час ли, на год в эту хмарь,
чтоб Рим сторожить не сгоревший, алтарь,
своих пепелищ я – охранник престрогий.
А ныне прозябла в сухую погоду,
а ныне я в жаркой пустыне продрогла
и в холоде я прогорела ожогом,
из полымя я да в огонь, пепел, воду,
пусть я единична, но вечна во многом.
Спасибо тебе! Всем, кто были со мною.
Не стою я дружбы? Наверно, не стою,
но просто тепла, просто звёзд, что погасли,
но свет их спасеньем мне, свет мне лекарством!
Избыточно-ясный, рябиново-красный,
атласный!
***
Воровать у воров? На рассыпанных камнях Союза,
на развалинах прежнего пир учинить, бутафорию?
Вот представьте, что мир возвращается в прежнее русло,
надо лишь прекратить переписывать нашу историю!
Надо книги на полки вернуть! И до нас тоже книги!
И не надо их жечь, ибо пальцы и так все обуглены
от кошмаров и слёз! От вражды, нам навязанной, в тигель
нашей брошенной памяти!
Душно мне! Горестно! Туго мне!
Подменяются смыслы. Сужаются правды. Смещение
всех осей на земле. Вот и хватит. Верните историю!
Раздирая пружиной весь космос. Бессмертье Кощеево
возвернуть надо в птицу. И в зайца, в его траекторию.
Поклоняться тому, как учили нас предки. Крестильная
наша матушка Русь! Колыбельная Русь и родильная!
А не Киева-грусть! Князь Владимир наш Красное Солнышко,
покажи, как управить! Владимирам всем, Леонидам ли!
В Ярославну я плачем прольюсь. В Ольгу местью! Ужели потонешь ты,
наш Ковчег? Наша память в умах марсиан яйцевидовых?
Всем, кто взялся чернить нас, ворота нам дёгтем умазывать,
кто Бандеру в граните отлил, кто нацистские свастики,
тем бы пальцы рубить! Неповадно чтоб было, до разу чтоб,
вам история – девка срамная. А вы – свистоплясники
на пиру, что во время чумы! Где безглазо старухами
расплясались развратники вместе с портовыми шлюхами.
В ухо им!
Всем, кто родину нашу ворует, кто тащит фундаменты,
коль Союз наш разваленный в камни. Воруете камни вы!
Вам проклятье потомков и внуков всех наших и правнуков!
Всё равно правда выплывет: Божья святейшая ладанка!
Как леса вырубали и как продавали китайцам вы!
Всю Сибирь разорили за доллары американские!
Наши земли святые, для вас это лишь территории!
Переписывать хватить историю нашей истории!