Я легла, теснясь к нему как можно ближе и пропуская сквозь пальцы короткие волоски на его груди. И какого он сегодня снял футболку? Мне и так нелегко, а тут еще и его отъезд.
Мы лежали, молча, некоторое время. Обнимая друг друга, и слушая ровные удары сердца.
- Ты же слышала всё, о чём я говорил с Дэйвом?
- Дилан сказал?
- А, так ещё и Дилан, – Зак усмехнулся. – Нет, Лекси. Мелкий засранец, так же, как и ты сделал вид, что ничего не было. Просто, цыплёнок, я знаю тебя. И видел твои заплаканные глаза. Знаешь, я искренне говорю тебе спасибо за мальчишку. Сам от себя такого не ожидал, но, я люблю его. И тебя люблю.
- И я люблю тебя. И, и я очень соскучилась. Когда мы засыпали вот так? Вместе?
- Целую вечность назад, - тяжелый вздох повис в воздухе. – Я не буду тебя будить утром.
Я фыркнула:
- Как будто, я не проснусь сама. Я хочу проводить тебя. Имею право.
- Точно, имеешь, – Зак приподнялся на локте, нависая надо мной. – Лекс, ты же помнишь, да? Не верить и половине из того, что пишут обо мне? Помнить, что есть пиар-агенты и они отрабатывают свой кусок хлеба, как могут?
- А ещё ты забыл, что я не сижу в социальных сетях? Не читаю комментарии твоих фанатов? Не ищу о тебе никакую информацию кроме той, что ты сам?..
- Ага, помню я, как ты не сидишь, не читаешь и не ищешь. Сам видел.
- Тогда, - я прикусила губу, - тогда во мне играли гормоны.
- А сейчас?
- А сейчас… Сейчас я не знаю. Сейчас у меня есть частика тебя.
- Частичка нас. Цыплёнок, послушай, я сказал Дэйву, скажу и тебе – не обещаю звонить каждый день, но, я буду очень стараться. Эта роль немного пугает меня.
- Тогда, - я подняла руку, запутываясь пальчиками в его заметно отросшей шевелюре, - может, не стоило?..
- Стоило. Ещё как стоило. Но речь не об этом. Ты же знаешь, как я хотел, чтобы ты была со мной на премьере «Шоумена». Нет, подожди, не спорь и не возражай, – Зак предостерегающе покачал головой. – Я знаю, что это было невозможно. И благодарен маме, что она была там. Но, мне хотелось посмотреть фильм с тобой.
- Не вышло, – я вздохнула.
- Не вышло. Но мы сделаем это, потом. А сейчас… На столике, с твоей стороны лежит диск. Режиссерская версия. Так вот, когда будешь смотреть, помни, что все песни, они о нас, – я неуверенно кивнула. – И еще помни: ты со мной.
- Я с тобой, но я не понимаю…
- Потом поймёшь.
- А, если нет?
- Поймёшь, вот увидишь. Ты со мной. И мы против целого мира.
И, не давая ничего сказать в ответ, губы Зака накрыли мои. Нежный и ласковый поцелуй перерастал в неистовый ураган. Словно, ветер, что слишком долго плутал в верхушках могучих сосен, а потом, вдруг, вырвался на свободу, вдыхая соленый морской воздух и играя с волнами, Зак обрушился на меня. Выжигал воздух из наших лёгких, превращая кровь в раскалённую лаву.
- Иисусе, цыплёнок, как я хочу тебя, – наши лбы, в бисеринках пота, соприкоснулись; и сильная мужская ладонь накрыла грудь, несильно сжимая, но стягивая всё внутри меня в один тугой узел. – Я соскучился по этим девочкам… Сейчас не моим. Но… не могу вот так уехать от тебя.
- Ты? Ты, правда, хочешь меня?
- Почему ты сомневаешься?
Сошедшиеся на переносице брови и взгляд, ставший темным и суровым, честное слово, пробирали до костей. Но, чёрт, я совру, если скажу, что была готова напрямую высказать ему все свои опасения. И снова давние страхи стали выползать наружу, из тёмных нор и щелей.
- Я, - я опустила глаза, желая только одного, укрыться с головой одеялом. – Я изменилась. Я больше не… Я не пришла в норму, в форму, и неизвестно, когда смогу это сделать. А ты… Ну, ты, это ты.
Я выдохнула последние слова, собираясь оттолкнуть Зак и лечь на свою сторону, отвернувшись от него. Но не тут-то было. Он перекинул ногу через меня, не давая пошевелиться, и обхватил ладонями запястья.
- Ну ты и дурында, Проуд! Или я дурак. Хочешь правды? Да, помня то, через то ты прошла, я думал, что не смогу снова… не смогу подвергнуть тебя риску, понимаешь? Не потому, что мне было… что я не хотел, что… Господи, дай мне сил всё правильно объяснить тебе. Я боялся за тебя. Ну и еще того, что ты сама больше не захочешь, вот. Но потом, когда я смотрел, как ты кормишь Дэйва… Я завидовал своему сыну. И всё эти твои мягкости и округлости… Я с ума схожу. Вот выдумала тоже, я её не хочу…