Ах, значит вот как? Но плевать мне на его самообладание и самоконтроль.
- Ну, ну и ладно, – я хныкала, извиваясь под ним, надеясь, что смогу соблазнить его, смогу заставить толкнуться вперед. В меня. Наивная. – Я, я тоже могу, сама помочь себе…
- Нет, цыплёнок, ты этого не сделаешь, – его шепот касался моего лица. Ласкал, обжигал. – Никогда не делала, не сделаешь и сейчас. Я не позволю. И поэтому, будешь целый день ходить злая и недовольная.
В следующее мгновение он, легко отталкиваясь ладонями от пледа, встал и, подмигивая мне, направился к фургону, виляя своей голой задницей.
Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт!!!
Да будь ты трижды неладен. Ну, кто так делает? Кто заводит пружину в спусковом механизме до предела, а потом бросает всё? Да ещё эта его пятая точка… Я прикусила губу и громко застонала, падая назад, на плед, и снова натягивая на себя одеяло. Но через минуту в меня прилетела футболка.
- Думаю, двадцати минут на сборы нам хватит, – я повернула голову, готовая высказать этому засранцу всё, что я думаю о его самоконтроле, но снова прикусила язык. Зак, в одних спортивках, которые так низко сидели на его бедрах, потягивался, стоя в дверном проёме дома на колёсах. И от этого легкие штаны съехали ещё ниже, так, что из-под резинки показался треугольник рыжеватых волос. Гребаный ты искуситель! – А тебе я выделю всего пять, включая душ, – он развернулся и небрежно бросил через плечо: – Время пошло, Лекс.
- Гадский гад, вот ты кто! Придурок, - я сыпала ругательствами, выплёскивая через них свою злость. – Самоуверенный болван! Кто дал тебе право командовать, а? Я сама решу сколько мне понадобиться времени на сборы. А захочу, и вообще никуда с тобой не поеду. Останусь тут.
- Четыре минуты, Лекс.
Конечно, я тянула это время. Всячески, как только могла. И не разговаривала с Заком. Да, он был прав: я была злая и не просто недовольная, я была сексуально-неудовлетворенная. Сколько могла, возилась с пледом и одеялом, брошенными на траве, где мы ночью так страстно любили друг друга, вымещая на них всё своё недовольство. Но этот… мускулистый мачо, что так и не удосужился надеть майку, усмехаясь, отобрал у меня шерстяную ткань, комкая и кидая ту на полку в фургоне.
- Чего морочиться? Как знать, может тебе захочется сделать остановку, в каком-нибудь живописном местечке. И плед под рукой, – он сделал широкий жест, приглашая меня пройти в салон фургона. – Прошу вас, миледи.
Я зашла гордо, так, что королеве не снилось, продефилировала мимо него думая, во что бы мне переодеться? Ну и как сбежать. В телефоне батарейка села еще вчера вечером, и судя по тому, что и Заку никто не звонил можно было предположить, что его родители в курсе моего похищения и уж конечно заодно со своим сыном. Вот попала.
- А, а это что?
Откидывая спутанные волосы за спину, я кивнула на небольшую дорожную сумку, что стояла на узкой кровати-скамье. И в ответ получила довольную ухмылку:
- Твои вещи, цыплёнок, мама собрала.
- Мама? – ох, ну и высокий же у меня голос. И громкий. – Старла то есть? Ну вы и… Предатели! Все до единого!
- Я в курсе, - Зак, скрестив ноги, прислонился к раме боковой дверцы фургона и обхватил себя руками так, что его грудные мышцы, как мне померещилось, призывно подмигнули. И этот гадёныш прекрасно знал, какой эффект это произвело на меня. – Лекс, - он нараспев произнёс моё имя, - две минуты.
ГЛАВА 7-1
Две минуты. Ага, всего две… Ну ладно. Но я знала, как свести самодовольного придурка с ума. Покопавшись в своих вещах, я выудила из сумки почти прозрачную тунику со шнуровкой на груди и короткие шортики. Я сама обрезала старые поношенные джинсы как мне тогда, казалось, слишком коротко. Ходить, пусть и во дворе дома в Обибсо я в них не рискнула. Но вот сейчас?.. Что ж, спасибо Старле, так и быть. Но вот ведь… коварная женщина моя свекровь.
Душ я приняла, самый холодный, какой только могла вынести, но он мало чем помог. И да, я подумала о том, чтобы… самой помочь себе снять напряжение, хоть как-то, но ритмичный стук в дверь и насмешливый голос заставили меня не только вздрогнуть, но и вскрикнуть.