– Ну ладно, я просто хотел вас удивить! – Вячеслав снял свой шлем и подъехал ко мне на кресле. – Нет ничего хуже предсказуемых людей. И обыденности в жизни. А теперь это мои лучшие друзья… – последнюю фразу он сказал с такой грустью, что мне стало… жалко его.
– Ты удивил меня. Доволен? – как можно спокойнее сказала я и вздохнула.
– Ну, ваша реакция позабавила меня, спорить не буду! А потом вы удивили меня! Что-ж, мы квиты.
– Приступим к фонетике?
На протяжении занятия я внимательно наблюдала за своим учеником. Без зазрения совести. Мне хотелось понять две вещи: сколько я ещё выдержу и какой пируэт он припас для меня следующим. Но все его старания, внимательные вопросы и покладистый тон обескуражили меня. «Он что, играет со мной? Или проверяет меня? Что ему нужно?»
– У тебя есть настоящие друзья? – вдруг спросила я, когда выдался шанс.
– М-м-м, а какое это имеет отношение к французскому? – ощетинился Слава. Невозмутимое выражение его лица переменилось на враждебное.
– Прости, если лезу не в своё дело, просто… интересно, как изменилась твоя жизнь.
Он поднял на меня свои вопрошающие серые глаза и сомкнул губы, будто силясь не выдать свою тайну:
– Не хочу это обсуждать. Моя жизнь вас не касается. Мадемуазель Анна.
– Хорошо. Но если захочешь что-то обсудить со мной или просто поговорить, я всегда открыта.
– Хотите сблизиться со мной? Но для чего? Вы всё равно никогда не угадаете мой следующий шаг. Да и я не ребёнок, не надо использовать свои педагогические приёмы со мной.
– Вовсе нет! Спрячь свои иголки, наконец. Я не пытаюсь тебя… разгадать. Или залезть к тебе в душу. Я интересуюсь не как педагог. А как… человек. Я просто недавно переехала в ваш город.
– Ах, вот оно что! Это вам не хватает настоящих друзей, верно? – Слава победоносно улыбнулся и посмотрел на меня. Я решила ему поддаться.
– Допустим! Мне не хватает друзей в моей жизни. Ты прав.
– А откуда переехали? И зачем? Наш город – та ещё дыра… Мне кажется, вы совершили глупую ошибку.
– Не важно, откуда я переехала и зачем. Ваш город мне приглянулся, решила сменить обстановку.
– Как же вы собрались заводить друзей, если скрываете причину своего переезда? Вдруг вы – скрываетесь от кого-то? Или вообще в бегах?
– Стала бы я устраиваться репетитором, если бы скрывалась? – рассмеялась я.
– Слышали такую фразу: хочешь спрятаться – спрячься на видном месте?
Я перестала смеяться и с опаской посмотрела на него. Мы молча рассматривали друг друга с пол минуты. Я пыталась угадать, что он произнесёт в следующую секунду, а он мелодично стучал карандашом по компьютерному столу и выжидал.
– Я – плохой друг, лучше на меня не рассчитывать. Я сдам вас с потрохами. Сначала маме, а потом всему миру. – он посерьёзнел и с прищуром впился в меня глазами. Я смутилась, а он рассмеялся, запрокинув голову. А мне стало так грустно и одиноко, что захотелось уйти. Я опустила глаза и сказала себе: «нет, я буду улыбаться. Это лучшая защита.»
Дома я глубоко задумалась над его словами и над собственной жизнью. Давно я не испытывала жгучее чувство одиночества так остро, как сейчас. Захотелось позвонить маме, но я вспомнила, что её больше нет. Захотелось позвонить Ксюше, но я поняла, что она занята. У неё семья и своя жизнь. А больше звонить и некому. Как же так получилось? Я – эрудированная, интересная, симпатичная, воспитанная и добрая, но – без друзей, без любимого человека, без определённой цели в жизни. «Зачем я вообще приехала сюда? Кому я здесь нужна? Меня так быстро раскусил… подросток!» Я схватила початую бутылку вина с нижней полки холодильника и налила себе полный бокал красного полусладкого. Мне было противно от самой себя в тот момент, от своей слабости и никчёмности. Мне по-настоящему стало себя жалко… Я так долго отрицала своё чувство одиночества, что оно захлестнуло меня с головой, одержав сокрушительную победу. «Когда я плакала в последний раз?» Я даже не могла этого вспомнить… Я не плакала на похоронах матери, потому что была готова к ним давным-давно. Не плакала, когда осознала, что осталась одна, потому что хотела этого. Не плакала, когда улетали годы, а я законсервировалась с больной матерью в квартире. Я так старательно убегала от своей прошлой жизни, убегала от самой себя. Но только сейчас я осознала, что это невозможно! Куда бы ты ни шёл, ни бежал, ни прятался – чувство одиночества будет с тобой всегда. Просто сначала ты его не замечаешь, умело маскируешь его делами, бурной бытовой деятельностью, поисками работы, саморазвитием, а потом подросток, по типу Славы, задает тебе один единственный вопрос. Но его хватает для того, чтобы выбить почву из-под твоих ног. И вот ты падаешь наотмашь, даже не подставив руки. И это падение ты чувствуешь всем телом…