Довольный тем, что Эва больше не строит из себя пугливую лань, он прошелся по груди языком, попутно распуская завязки на юбке, что беззвучно скользнула вниз. Амен собирался снять и свою одежду, но маленькие ладони почти без страха потянулись к шнуровке на его новой рубахе. Что ж, так даже лучше. Он был рад позволить ей все.
Она подошла вплотную, провела по ключицам, по широкой груди, с интересом изучая усыпанную шрамами белую кожу, пробуя ее на вкус. Прикусила даже, да так, что след от зубов надолго останется, но демона это только повеселило. Он прикрыл глаза, когда ее горячий влажный язык тронул соски, а проворные пальцы нетерпеливо расстегивали ремень.
Справившись с пряжкой, Эва не решилась зайти дальше, вернула руки на его торс. Ей нравилось касаться его, чувствовать силу, заключенную в рельефных мышцах, нежность кожи, такую нехарактерную для подобного создания. И ей так хотелось чувствовать больше..
— Чего бы ты хотел? — прошелестела, медленными поцелуями покрывая его крепкие плечи.
Множество мыслей пронеслось в голове демона. Сделать тебя своей. Любить. Защищать. Обладать. Слишком громкие слова, слишком чуждые, слишком искренние. Слова эти казались ему неуместными, смущающими его самого. Прогоняя странное наваждение, Амен выбрал более привычные фразы:
— Дай подумать.. — он широко провел языком по ее шее, бархатным голосом произнес: — Я хотел бы сжать твое горло и трахать до тех пор, пока ты не потеряешь сознание. — глядя в ее округлившиеся глаза, рассмеялся: — Но к этому мы, похоже, пока не готовы. Не беспокойся. Хочу, чтобы ты доверилась мне, была послушной. Сможешь?
Она лишь неуверенно кивнула в ответ, и этого оказалось достаточно.
Подхватив Эву на руки, Амен уложил ее прямо на высокий обеденный стол, отстранился немного, жадно разглядывая ее нагое разгоряченное тело, обласканное холодным светом нисходящей луны. Великолепная..
Этот взгляд ощущался не хуже его касаний, томительным ожиданием полнил сердце. Она никогда и не представляла, что кто-то будет так на нее смотреть. Дьявольски привлекательные глаза, подобные бескрайней гибельной бездне, затягивали ее в омут без единого шанса на спасение. С обреченной покорностью она тонула в них, даже не пытаясь сопротивляться.
Необъяснимая уверенность, возникающая с ним рядом, подсказывала не сдерживаться. Желая показать зарождающуюся в ней смелость, Эва призывно провела ногой по его бедру вверх до торса, отчего Амен шумно втянул воздух, наслаждаясь зрелищем.
— Ты даже не представляешь, насколько прекрасна!
Он тут же склонился к ней, прикусил зубами сосок, оттягивая вверх, почти до боли, на самой грани. Эва обхватила его шею сзади, с нажимом проводя ногтями в ответ. Он чувствовал ее мелкую дрожь, всем нутром чувствовал, как она им наслаждается. Такая невинная, такая порочная.
Амен рывком притянул ее за бедра, так резко, что от неожиданности она вскрикнула. Неспешно провел рукой от тонкой шеи вниз, снова лаская ладонями быстро вздымающуюся полную грудь. Огладив гибкую талию, спустился по животу и наконец кончиками пальцев коснулся горячего лона, легко проскользив по изрядно увлажнившимся нежным складкам. То почти невесомо, то с нажимом кружил по чувствительной плоти, заставляя ее истекать сильнее.
Ее приглушенный стон услаждал его слух. Ее взгляд, не то умоляющий, не то приказывающий взять ее немедля, раззадоривал эго. Он поиграет с ней еще немного, сведет ее с ума, заставит забыть обо всем, что было с ней до него.
Медленно проводя языком по внутренней стороне бедра, Амен не отводил от нее хищного взгляда. Чем он ближе, тем глубже ее вздохи. Страх, предрассудки, сомнения — все осталось позади. Сейчас Эва послушно сходит с ума в его властных руках, пылает и плавится, и сам он горит с ней вместе.
Его горячее дыхание запускало мурашки по распаленному телу, изнемогающему в ожидании ласки. Она умоляюще стонет, изгибается в нетерпении, пальцами путается в собственных волосах, и Амен сыто улыбается, наблюдая ее исступление. Он непременно осуществит все ее желания, научит ее желать того, о чем она пока и не подозревает вовсе, но не так быстро. Сперва сам ей насытится.