Размышления демона были прерваны зубами, сомкнувшимися на его коже. Он тут же оторвал ладонь от ее губ, звонким ударом опаляя округлые ягодицы. За ним последовал еще один, и еще, вместе с непрекращающимся движением пальцев в ней.
Она брыкалась и ногтями царапала его руки, впиваясь почти до крови, только изо рта ее вместо ругательств вырывались бессвязные стоны. Кожа горела от его шлепков, и Эва сходила с ума, балансируя на грани боли и удовольствия. Амен с упоением наблюдал за краснеющими следами на ее теле, украшая новыми под почти жалобные всхлипывания, оставлял поцелуи на хрупкой шее.
При луне и свечах ей было спокойнее — темнота позволяла немного расслабиться, а сейчас, при свете дня, одна мысль о том, что он всю ее видит, заливала румянцем щеки. Ей бы под землю провалиться тотчас же, чтобы не чувствовать разъедающий стыд за то, как тело само выгибалось ему навстречу. Закатив глаза, кусая собственные губы, она едва держалась на дрожащих ногах. Еще мгновение, и ее волной накроет восхитительно постыдное удовольствие. Эва задержала дыхание в ожидании, но вместо следующего шлепка ощутила, что Амен от нее отдалился. Бросив на него умоляющий взгляд через плечо, услышала его искушающий шепот:
— Ну, ну.. Не спеши так, мы только начали!
Развернув ее к себе лицом, демон поднес к алым губам блестящие от ее смазки пальцы, одним взглядом показывая, чего ждет от нее. Эва робко коснулась языком, но он не церемонясь протолкнул их прямо в ее рот, медленно двигая ими внутри. Она прикрыла глаза, только бы не сгорать от смущения за то, что сама вытворяла. Снова.
— Какая ты умница..
Наигравшись, Амен коснулся ее губ осторожным поцелуем. Если бы не адский огонь, танцующий в его сине-черных глазах, этот момент можно было бы назвать чем-то трогательным, походящим на проявление нежности. Нежности в демоне, как оказалось, было в избытке, и рядом с Эвтидой это проявлялось удивительно часто. Но не сейчас..
Сейчас, стоя рядом с этой умопомрачительно красивой девушкой, он не проявлял и толики возвышенных чувств — только обнаженное желание быть причиной ее падения. Глядя в ее затуманенные глаза, Амен слегка надавил ладонями на ее плечи, и Эва послушно опустилась на колени, точно понимая, чего он хочет.
Демон возвышался над ней, затмевая собой свет. С ним она непременно сгинет во мраке, станет пленницей бездны, что так явно отражается во тьме его глаз. Но кто бы знал, с каким удовольствием Эва шагала в пропасть..
Под его внимательным взглядом она освободила Амена от остатков одежды, двумя ладонями обхватила широкий и твердый член. Не решаясь зайти дальше, лишь несмело разглядывала его, закусив губы.
— Ждешь разрешения? — ощутив, как ее ногти вонзаются в чувствительную плоть, нахмурился: — Даже не думай..
— Терпи, сам довел до этого.
Ярость придала уверенности. Не ослабляя хватку, Эва провела языком от основания до самого верха, наблюдая отразившееся на лице Амена удовольствие. Было приятно так влиять на него, хотелось заставить его и вовсе потерять голову, но она пока не знала, как этого добиться.
Легко сжимая ее волосы на затылке, Амен притянул ее ближе и приглушенно простонал, когда она сомкнула влажные губы на его плоти. Эва двигала головой немного топорно, но ее старания выглядели чертовски прекрасно, ощущались чем-то особенным. Ей явно пришлось по душе его ублажать. Амен лишь слегка ее направлял, превозмогая желание вбиваться в ее рот несдержанно, грубо, до слез, стекающих из уголков глаз.
Вместо этого он мягко толкался навстречу ее движениям, заставляя вбирать член чуть глубже, ласково гладил по волосам. Эва поймала себя на неожиданной мысли — ей вправду нравится. Нравится очерчивать языком проступающие на нем вены, нравится его твердость и бархатистая нежность кожи, нравится контроль над ним, который Амен позволял ей удерживать.
Эва чувствовала, как смазка стекает по ее бедрам от почти болезненного возбуждения. Оно туманило разум, отодвигало стыд в дальний угол, позволяя просто отдаться моменту. Она опустила руку, прикасаясь к себе, лаская пальцами свои нижние губы. Не выпуская член изо рта, негромко постанывала, стараясь принять его глубже, млея от тяжелого дыхания, которое демон не мог сдерживать.
Вид испарины на ее загорелой коже, этот очаровательный румянец и сладостный голосок он наверняка запомнит до конца своих дней. Такая нежная, такая развратная, лучшая женщина в любом из существующих миров.