Она отпрянула, стоило ему пошевелиться. Демон едва приподнял голову, открыл глаза, хрипло сказав что-то на незнакомом ей языке:
— Venefica?
Его веки тут же опустились, но этот взгляд навсегда врезался в ее память. Белки его глаз черные, точно бездна. Зрачки — насыщенно-синее пламя.
Он больше не реагировал ни на ее слова, ни на робкие толчки в плечо. Дыхание его сделалось ровным, будто спит он. Только светлая кожа становилась все бледнее, а лужа крови под ним росла. Действовать нужно быстро. Если от ран не умрет, так с рассветом тут будет половина поселения, и тогда уж ему точно ничем не помочь.
Поднявшись на ноги, Эва стремглав бросилась к своему коню. Асмодей — так его звали, достался ей от брата. Исман погиб на войне, и с тех под гигантских размеров вороной жеребец, сильный и дикий нравом, подчинялся лишь ей одной.
Переводя дыхание, она гладила вытянутую морду, приговаривая ласково:
— Умный мой, хороший! Помоги, прошу. Ты ведь все понимаешь, я знаю..
Конь опустился ниже, чтобы ей было легче сесть на него, а после понесся во весь опор. Когда они оказались на месте, Асмодей осторожно приблизился, обнюхивая демона, будто пытаясь узнать, с кем ему предстоит иметь дело. На удивление, он вовсе не испугался, и спокойно ожидал, когда хозяйка укажет направление.
Эва снова пыталась привести незнакомца в чувство, но все без толку. Выход оставался только один.. Преодолевая страх, она опустила трясущиеся пальцы в его кровь. Обжигающая волна прокатилась по всему телу, янтарные глаза засияли, словно расплавленное золото. Такая сила, что стирает рассудок, заполняет и поглощает одновременно. Крупная дрожь, которую не сдержать, не понятно откуда взявшаяся ярость и ощущение полного отсутствия контроля.
Конь толкнул ее мордой, и Эва вынула пальцы из кровавой лужи, едва не упав. Оцепенение спало, мысли стали ясными. Сила плескалась внутри, призывала немедля ее опробовать.
Эва глубоко дышала, пытаясь вспомнить, чему учил ее наставник. Протянув руку вперед, бормотала сосредоточенно:
— Не отводить взгляда.. Сплести нити.. Тянуть..
Видимые лишь ей красные пряди потянулись от кончиков ее пальцев, пронзая пространство, пробираясь сквозь плотный черный плащ. Тело демона тяжело повиновалось магии, и все же ей удалось приподнять его достаточно, чтобы перекинуть через спину коня. Асмодей недовольно фырчал, но терпел. С трудом поднявшись на ноги, он клацнул зубами, едва не прикусив руку хозяйки, когда та собралась на него взобраться.
— Хочешь сказать, мне идти пешком?
Не удостаивая ее взглядом, конь двинулся в сторону дома. Демон по весу заменяет троих седоков, и с него хватит. Эве ничего не оставалось, как плестись за ними следом.
Уже светало, когда они приблизились к поместью. В дом коню никак не пройти, потому она сразу завела его в амбар. Оказавшись внутри, Асмодей взбрыкнул и скинул порядком надоевший ему груз. Демон упал на сено, подняв в воздух густое облако пыли.
— Эй! Негодник! Он ведь ранен..
Она расстегнула застежки на его плаще. Некогда белая рубаха под ним насквозь пропиталась кровью, и Эва разрезала ткань кинжалом, что всегда был при ней. Ее взору предстали давно зажившие глубокие шрамы. На груди выжженная печать с неизвестными ей символами. Захотелось провести по ней пальцами, но в последний момент Эва отдернула руку. Ей нужно понять, откуда сочится кровь, и только!
Упираясь ногами в опорный столб, она кое-как смогла перетянуть его на бок. Теперь стало ясно — кто-то ударил его в спину. Рана с рваными краями прямо под лопаткой еще кровоточила. Эва сбегала в дом за целебными припарками и чистой тканью, умело наложила повязку, что тут же сделалась красной. Она сменила перевязь, и все повторилось. Бесполезно..
Она иногда практиковалась, затягивая раны на мелких животных, что попадались ей во время прогулок по лесу, но на человеке — никогда. Хотя, он и не человек вовсе. Кто его знает, как у них все устроено.. Если она что-то делала не так, животное гибло, а на ошибки указать было некому, и действовать всегда приходилось вслепую.
Эва схватилась за голову. Сама себе подкинула проблем. А если умрет он здесь? Ей тогда вовек его отсюда не вытащить — мертвой кровью нельзя управлять. Простонав беспомощно от собственной глупости, все же занесла руки над раной.
Она аккуратно водила пальцами, прядя кровавые нити, переплетая их между собой. На лбу выступила испарина от напряжения. Эва почти не моргала, старалась не дышать. Только бы получилось.. Голова раскалывалась, все плыло перед глазами, но она изо всех сил удерживала концентрацию. Еще немного..