Она не замечала боли, беспрерывно глядя на то, что сделали с последним близким ей существом. Кровавая луна отражалась в застывшем взгляде коня, будто отпечатавшаяся в них ярость. Судя по рваным лоскутам плоти, смерть его была страшной, мучительной. Асмодей наверняка изо всех сил боролся за жизнь до последнего, а вот Эва сдалась сразу же..
Накинутый на голову плотный мешок погрузил ее в темноту. Какие-то люди грубо схватили ее под руки и закинули на старую деревянную телегу, привязав за запястья к борту. После недолгого промедления они понеслись по грунтовой дороге, и возничий будто специально собирал все ямы и кочки, встречающиеся на их пути. Синяки и ссадины останутся по всему телу, но ей явно не суждено дожить до того момента, когда они заживут.
У Эвы было достаточно времени, чтобы обдумать происходящее. Амен убил всех, кто их выследил, даже того мальчишку. Видимо, рядом был кто-то еще, наблюдал, а она слишком растерялась, чтобы заметить. Демон был прав — она слабая. Все обретенные способности бесполезны, если ты не в состоянии ими воспользоваться.
На городских улицах, несмотря на ранний час, уже было людно и шумно. В воздухе стоял приятный аромат свежего хлеба. Эвтида горько ухмыльнулась, понимая, что последнюю трапезу ей вряд ли предложат.
Ее стащили на землю, едва телега остановилась; с головы стянули мешок.
Вперед шагнул бургомистр — низкорослый мужичок с обширным животом и лоснящейся пунцовой рожей. Он склонился над Эвой, слегка облизал свои тонкие губы, рассматривая ее исподлобья. Его липкие ладони с короткими толстыми пальцами, походящими на обрубки, сразу потянулись к ее лицу, но она отпрянула, не позволяя себя коснуться.
Его щеки едва не свисали на плечи, скрывая и без того почти отсутствующую шею; шумное тяжелое дыхание отдавало несвежей рыбой. Мерзко до ужаса.. и смешно. Не сдержав нахлынувших эмоций, она и впрямь рассмеялась, глядя в его поблескивающие глаза.
— Что сказал бы сейчас твой батюшка, будь он жив? — бургомистр осуждающе качнул головой, потряхивая щеками. — Его единственная дочь, ради блага которой он день и ночь трудился, совокупляется с демонами!
Из толпы послышалось роптание, а кто-то даже попытался вступиться за Эву:
— Зачем же с ней так? Девочка не в себе! Кто ж знает, что этот демон сотворил с ней, как истязал? Мы помочь ей должны, а не карать!
— Правильно! — еще один уверенный возглас. — Эвтида на наших глазах росла, никогда дурного не делала. В храм ее поместить надо, в молитвах исцелится от пережитого ужаса. Примет постриг..
— Шлюху дьявола, да в храм?! Совсем с ума сбрендил?
Между горожанами завязалась жаркая перепалка. Забористая брань лилась из каждого рта, кто-то уже и кулаками размахивал. Каждый считал, что знает, как следует поступить, а про саму Эву будто и вовсе забыли.
Градоначальнику пришлось на всю улицу глотку драть, чтобы заставить их подутихнуть. Притягивая к себе за плечо добродушного вида женщину, он велел ей рассказать все, что донесла она прежде.
Услышав знакомый голос, Эва подняла глаза — Анна смотрела на нее с осуждением. Стало ясно теперь, кто о них рассказал.
— Я Эвтиду с малых лет знаю, и в ее доме работала, всем известно. Как только слухи поползли о ее женихе, так выпроваживать меня стала — то больной скажется, то уставшей. А жениха-то ее дома ни разу и не застала. Он, говорила, охотится. Аккурат когда у нас люди пропадают! — все внимательно и с интересом слушали, не перебивая. — Вчера по грибы я пошла, да задержалась, по темноте возвращаться страшно. Хотела в дом Эвы пойти, ночь переждать, но ее саму раньше встретила, и жениха наконец увидала. Рожищи — во! — Анна задрала руки над головой, поворачиваясь полукругом, чтобы всем было видно. — Я так на месте и замерла, думала, от ужаса богу душу отдам! Демон, самый настоящий! Здоровый и злющий, а глаза — прости, Господи.. — она перекрестилась, подняв взгляд к небу. — Только вот Эвтида наша совсем не боялась. Не силой ее брал, точно говорю, по своей воле под него легла девка! — послышались возмущенные возгласы из толпы, и Анна махнула рукой: — Да подождите, не все это! Она кровь ворожила, своими глазами я видела! А демон ее поучал да нахваливал. Маг крови она, иначе провалиться мне на этом самом месте!