— .. per passionem.. eius et crucem, ad resurrectionis gloriam perducamur. Per eumdem Christum D.. dominum nostrum. Amen..
Амен вздохнул, поднимая его за шкирку так, чтобы их лица оказались на одном уровне, спокойным и ровным голосом произнес:
— Узри же, глупец: я твой бог.
Кажется, святоша испустил дух раньше, чем демон успел пробить его грудную клетку и вытащить сердце. Отбросив тело как ненужный хлам, Амен развернулся, ища Эву взглядом. Она молча наблюдала за ним светящимися глазами, не смея двинуться с места. Вокруг нее все было залито кровью, а улицу украшали нагромождения мертвых тел.
Он сам подошел ближе, стиснув зубы и всю внутреннюю волю, только бы не поддаться желанию притянуть ее в свои объятия и целовать лицо, по которому бесконечно скучал. Девчонка сама его прогнала, и по первому ее зову он, бросив все, устремился к ней. Но теперь ее очередь.
Напряженная тишина, повисшая между ними, затянулась. Эва не знала, вправе ли говорить, как пожалела о сказанном, как тосковала, мечтая все повернуть назад. Он явился за ней или за силой, что смог собрать с устроенной им жатвы? Хочет ли он еще, чтобы она подле него осталась? Простит ли..
Разрушил эту стену молчания один из сопровождающих Амена демонов. Выпрыгнув из окна дома, расположенного поблизости, он встал между ними и обратился к Эве:
— Это из-за тебя что ли столько шуму? — оценив ее взглядом, с хитрой улыбкой обернулся к Амену: — Не соврал ты, и впрямь красивая!
— Скройся отсюда, Тизиан. Сейчас же.
— Это твоя благодарность? — изобразив оскорбленный вид, он подмигнул ей и без дальнейших препирательств оставил их наедине.
— Спасибо. — сказала тихо, не глядя на Амена. — Я и не надеялась, что ты придешь..
— Но позвала все же.
— Да. Я хотела.. — она глубоко вздохнула, сдерживая слезы. — Прости меня.
Он тут же обхватил Эву сильными руками, потерся своей щекой о ее. Как же он изнывал без нее.. Будто не видел целую вечность. Ее запах, тепло нежной кожи, робкие касания маленьких ладоней, что сразу легли на его плечи. Она прижималась к нему и плакала, пытаясь оправдаться, наверное, но из-за всхлипов едва ли можно было разобрать что-то. Да и не нужно ему этих слов, и так ведь все уже понимает.
— Твоя спина! — встрепенулась, словно опомнившись.
— Пустяки. Плащ пробили, и только.
Когда она выплакалась сполна, Амен улыбнулся и, взяв ее за руку, повел прочь с мертвой площади.
— Подожди! Это же.. — она почти бегом добралась до коня, стоявшего рядом с прочими демонами и потянулась к нему, но тот не реагировал, точно ее там и не было. — Асмодей..
— Он теперь мой. Не обижайся, Эва, но хозяйка из тебя так себе. — обласканный полным возмущения взглядом, он улыбнулся. — Шучу я. Считай это побочным эффектом воскрешения.
— Поверить не могу.. Ты и такое можешь??
— С людьми это не срабатывает, поэтому ты уж постарайся сохранить свою прекрасную голову на плечах, ради меня. — демон мягко потрепал черную гриву, сказал ласково: — Не вредничай, она своя. Ты вспомнишь скоро.
Две пары сине-черных глаз уставились на Эву, и это показалось ей по-настоящему жутким.. и прекрасным. Никто в целом мире ей больше не нужен. Все прочее больше не имеет никакого значения.
Перекинувшись парой слов со своими людьми, удостоверившись, что здесь со всеми покончено, Амен отдал приказ расчерчивать знаки. Пришло время возвращаться домой.
— Мы просто оставим все эти тела здесь? — Эва задала этот вопрос скорее по инерции, нежели в действительности волнуясь об умерших.
— Да. Atra mors. О другом никто и не подумает.
— И даже если в чуму не поверят.. — раздался голос Тизиана, — нам с того какая разница?
И вправду, к тому времени, как кто-то прибудет в город, от их присутствия здесь не останется и следа. А возвращаться Эвтида уже не планировала.
***
Когда они перенеслись на усеянный мелкими белыми цветами луг, Эва заозиралась вокруг. Здесь красиво, а природа почти не отличается от привычной ей. Такая же зелень травы, высокие стволы деревьев, небесная синь. Ощущалось только все по-иному. Амен не соврал — энергия тут и впрямь незримо текла по воздуху. Сперва сила давила на грудь, будто переполняла, но скоро тело ее подстроилось, научилось пропускать эфемерные потоки через себя. Удивительно..
— Все как задумывали?