Холодный лунный свет льется через витражное окно. Пар исходит от воды, в которую так и тянет погрузиться с головой. Услышав тяжелые шаги позади, Эва замирает.
— Отдохнул? — бросает ему через плечо.
— В каком-то смысле. — отвечает, привалившись плечом к стене.
Она разворачивается, метая в него недовольный взгляд.
— Может, в следующий раз тебе хватит сил наполнить ванну самостоятельно!
— Сон тут вряд ли поможет.
— А как ты восполняешь силы? — ей действительно это интересно.
Амен медленно шагает ей навстречу, останавливается совсем близко.
— Есть разные способы.
Эва разглядывает сплетения мышц на его руках. Ей так хочется почувствовать их на своем теле. Что за безумное желание? Она пальцами обводит контур длинного шрама на его предплечье. Какая у него мягкая, горячая кожа..
— Например?
Он отвечает, пристально наблюдая за каждым ее движением:
— Есть приятные, есть.. не очень.
Ее взгляд скользит по рельефному торсу и ниже. Интересно, он везде такой огромный? Услышав собственные мысли, Эва испуганно отстраняется.
Амен ловит ее за локоть, рывком притягивает к себе.
— Дразнить меня вздумала, неразумная? — спрашивает хриплым голосом.
Ему ничего не стоит подчинить ее слабый человеческий разум, заставить ее делать то, чего он хочет.. Но чего же он хочет? Почему эмоции так сильны? Она такая тонкая, хрупкая в его руках. И он боится. Боится сломать ее, причинить боль.
Эва чувствует исходящий от него аромат, травяной и сладкий. Он ей не знаком, в их краях такие цветы не растут. Наверняка поэтому ее так тянет носом уткнуться в его шею, вдыхать жадно, касаясь кожи. Она быстро моргает, прогоняя всплывающие перед глазами образы.
— Нравится?
Лицо горит от осознания, что он заметил ее интерес. Амен склоняется ближе, носом задевает ее локоны, жарко шепчет:
— Мне тоже нравится. Ты пахнешь, как этот лес, как самое сладкое, что можно найти в нем. — он вдыхает глубже, перекладывая ее волосы за плечо. — Мята и дикие ягоды — мое любимое сочетание. — приподнимая ее лицо, он проводит языком по открытой шее.
Эва прикрывает глаза, пытается не выдать сбившегося дыхания. Ее колени дрожат.
— Не сдерживайся. Я слышу, как стучит твое сердце.
— Я ничего не чувствую. — говорит почти убедительно.
Он проводит большим пальцем по ее приоткрытым губам, а следом — кончиком языка. Она неосознанно тянется вперед, совсем немного, но этого достаточно для его наглой победной улыбки.
— Мне так не кажется.
Она злится:
— Откуда мне знать, что это не твои демонические фокусы? Ты просто внушаешь мне это!
Амен ухмыляется, приближается к ее лицу.
— Ты же ничего не чувствуешь?
Попалась.
Эва делает три шага назад, хлестнув его гневным взглядом. Он играет с ней слишком жестоко, сводит с ума. Она почти уверена теперь — он своей силой убеждает ее в том, чего нет. Амен будто читает мысли в ее глазах.
— Хм. Пожалуй, стоит продемонстрировать.
Воздух вокруг него будто сгущается, звенит. Кажется, что демон заполняет собой все пространство, окрашивая его в глубокий черный цвет. Пламя свечей утихает, едва не погаснув. Все, что она слышит — стук мощного сердца. Все, что она видит — синий огонь его глаз. Эва понимает вдруг, что стоит ему приказать, и она без раздумий шагнет в пропасть. Даже хуже — она хочет, чтобы он приказал.
Наваждение отпускает разум так же быстро, как и возникает.
— Теперь поняла?
Она не находит слов, запутавшись напрочь. Было гораздо проще думать, что эти мысли и желания — не ее. Проще, чем признаться себе, как сильно ее к нему тянет.
Амен подходит вплотную к ней, смотрит сверху вниз. Касается ее шеи, ведет по открытой спине, прямо вдоль позвоночника.
— Почему ты сжимаешься рядом со мной? — спрашивает, будто ему и впрямь интересно.
— Мне неприятна чужая близость.
— Вот как? А по тебе и не скажешь. Трешься об меня, как кошка, и даже не замечаешь.